Широков скомкал одежду и швырнул в сторону. Что ж, Май. Вот и настал тот момент, когда ты увидишь настоящего монстра.
Богдан знал, где на его теле находятся глубокие шрамы, швы, переплетения рубцов. Он уже свыкся с ними. Они стали его броней. Его ширмой. И кроме врачей всей этой «красоты» никто не видел. Даже мама.
А здесь...
Широков пнул ногой мягкий пуф от стены к центру комнаты. И сел на него.
Глядя в пространство перед собой, он ждал, когда Май испугается и убежит. Кажется, даже отсчитывал секунды до этого момента.
Негромкий щелчок заставил Богдана обернуться. Майя, открыв крышку кейса, сосредоточенно ковырялась внутри серебристого ящика.
– Развернись и не шевелись. Иначе кроме волос я тебе еще и уши подрежу, – предупредила девчонка.
Богдан смотрел на нее и не знал, злиться ему, или смеяться.
– Уверен, никто и не заметит разницы. С ушами я, или без них, – наконец, улыбнулся Широков и послушно выполнил просьбу девчонки.
На его плечи лег пеньюар с логотипом студии красоты «Май». Богдан даже не заметил, как ловкие девичьи пальцы зафиксировали плотную черную ткань.
"
"А потом Широков попросту охренел, ощутив в своих волосах руки Майи. Он уже не думал о собственном уродстве. Просто, закрыв глаза, наслаждался ловкими касаниями умелых пальцев. Хорошо, не стонал в голос, как баба, и на том спасибо. Было сложно, да. И волны возбуждения накатывали все сильнее.
Одна радость – черная тряпка скрывала почти все тело. По крайней мере. Самые стратегические места прикрыты,
Вдох-выдох.
Это же совсем несложно.
А под закрытыми веками мелькали картинки, которые мелькать не должны. Богдан сто тысяч раз повторил в мыслях все причины, по которым ему нельзя смотреть на Майю, как на желанную женщину. И все равно картинки никуда не делись. Только стали ярче, насыщеннее, опаснее.
– Ну вот, Богдан Глебович, ты красавчик! – не без гордости в голосе произнесла малышка.
– Скажешь тоже, – буркнул Широков и открыл глаза. Очень медленно парень перевел взгляд со своего отражения на личико Май.
– Я урод.
– Ты дурак, – беззаботно улыбнулась Архипова и легко взъерошила волосы на макушке Богдана. – Дуй в душ, а потом я сделаю тебе укладку. И чтобы носил именно так, понял? А я пока сварю себе кофе.
Майя болтала, а он смотрел на нее. Пытался понять, о чем она думает.
Она же видела его без футболки. И шрамы видела. И касалась тех рубцов на затылке, где уже никогда не вырастут волосы. Да и вообще, много чего заметила.
И не испугалась.
