Учится на нашей кафедре…
Олег достал из кармана телефон, поводил по нему пальцем (включил диктофон, как позже выяснилось) и сунул мне под нос, предложив:
— Опиши ее и расскажи все, что знаешь.
Я так и сделала. Под конец вдруг вспомнилось еще кое-что. Когда один из преподавателей помогал мне найти группу, в которой учится Вика, он звонил какой-то женщине, которая, очевидно, являлась куратором этой группы.
— Стой! У них куратора зовут Наталья… Наталья… Какая-то Наталья, короче говоря!
— Может, Наталья Степановна? — деловито уточнил Олег.
— Она культурологию у нас на кафедре преподает.
— Может!
— Все выясню, — коротко пообещал он, вновь обретая уверенность. — Когда нужно?
— Лучше бы завтра до полудня, — подумав, сказала я. — Чем раньше, тем лучше. А ничего, что у тебя с отцом разлад?
— Ничего, — он чуть нахмурился. — Преподы в любом случае не захотят со мной ссориться. Ну а теперь-то ты позволишь мне тебя проводить до дома?
— А если во дворе дежурит Аркадий Михайлович?
— Нет, он сейчас с мамой. Она пытается с ним помириться, — неохотно отозвался Олег.
Я немного помолчала, а потом все же согласилась. Хотелось бы, конечно, отправить его в пеший тур, но уж очень мне нужен был Викин адресок. Ладно, в благодарность за услугу немного потерплю его общество.
Пока мы брели до дома, Олег пару раз пытался завести разговор, но я отвечала скупо и односложно. Наконец, он понял, что я не настроена общаться, и замолчал. Я же лениво размышляла про недавний поход в дом еретицы. Что-то во всем этом не давало мне покоя.
Потом мои мысли перескочили на саму еретицу. Надо же, бросила дом со всеми наложенными на него заклинаниями (я уж молчу про мясистого привратника) и угнала, зная, что уже не вернется. Это ведь нецелесообразно. Ведьмы могли вычислить ее раньше времени и начать искать. Допустим, кто-то из Совета явился бы в гости или какая-нибудь ведьма проходила бы рядом и заподозрила бы что-то неладное. Почему бы будущей еретице не уничтожить дом со всеми черномагическими уликами, если она знала, что уезжает навсегда? Пожалела свое жилище? Или нарочно оставила его, как страшную ловушку для всех, кто к нему приближается? А может, вообще не задумалась над тем, что делает? Возможно, ведьмы в принципе не способны испытывать привязанность к вещам или к питомцам? Вон бывшая хозяйка Проши тоже оставила его в городе, а сама угнала себе на новое место жительства.
Просто бросила беднягу, как ненужный хлам… Внезапно у меня в голове что-то щелкнуло, и я замерла на месте.
