На улице стемнело, а я все брела. Несколько раз со мной заговаривали прохожие. Конечно, мужского пола. Они что-то спрашивали. Наверное, интересовались, все ли у меня в порядке. Я ничего не отвечала, только махала рукой, чтобы отстали. Не до них.
Что интересно, буря внутри меня утихла. Удивительное дело. По всем признакам я должна была сейчас слететь с катушек и, не помня себя, носиться по городу, разгоняя стаи упырей. Или еще что-то в этом роде. Но нет. В голове царила омерзительная ясность. И ни следа безумия. А жаль.
Наверное, дело в том, что эмоциональный ураган сменился полнейшей апатией. Она накатила на меня сразу, как я увидела застывший взгляд Дениса. Именно в тот момент на трон заступила ее величество Безнадежность. Настолько полная и всепоглощающая, что сейчас внутренняя буря казалась подарком.
Я несколько часов бездумно бродила по темным улицам. Периодически со мной связывался Хан. Он переживал. Наконец, он устал от моих вялых заверений, что все в порядке, и в приказном тоне потребовал, чтобы я шла домой, иначе они с Прошей пойдут меня искать.
Кажется, он говорил серьезно. Пришлось направить стопы в сторону дома.
Когда до моего двора оставалась пара кварталов, я вдруг ни с того ни с сего почувствовала нарастающую тревогу. Странно. Мне-то казалось, что в ближайшие дни я не буду ощущать ничего, кроме опустошения. По мере приближения к дому тревога усиливалась. Что-то надвигалось. Чутье буквально вопило: «Опасность! Опасность!». Хотелось развернуться и броситься прочь, но я все равно почему-то двигалась вперед.
Подумаешь, опасность… Тревога — это даже хорошо. Если я как следует испугаюсь, то, возможно, снова стану безумной. И пусть! Это лучше, чем переживать из-за Дениса. Пожалуй, я даже не против, если на меня сейчас выскочит стая жутких упырей… По крайней мере, так я себя убеждала. А что — побегаю по городу, проветрюсь, а с утра очнусь с дикой головной болью, и мне будет плевать на все и на всех.
Несмотря на сии здравые доводы, тревога не утихала. Наоборот. Каждый шаг давался с трудом.
Я замерла перед гаражами. Еще несколько шагов, и я заверну в свой двор."
"В этот момент из-за ближайшего гаража выступила зловещая темная фигура с горящими зелеными глазами. Я раскрыла рот, чтобы завопить, и не смогла. От ужаса пропал голос.
— Ну привет, хозяйка моя, — мурлыкнул Влас. За всю жизнь я, кажется, не слышала ничего более жуткого, чем этот угрожающе-ласковый тон.
Если он ждал ответа, то напрасно. Пока я не могла даже полноценно вдохнуть.
