Кирилл задумался. Потом подошёл ко мне и обнял за плечи.
— Ириш, прости. За него извиняюсь, потому что от Артура ты извинений не дождёшься.
— Я и не жду.
— Слушай, я тебе же рассказывал о матери Светы. Помня эту историю, сын не доверяет и тебе. Он ведь не всё знает.
— Я помню. Но мне всё равно неприятно. Ты можешь меня оградить от этого? Не хочет принимать меня — не нужно. Но и компроматы на меня собирать тоже не надо, и ещё тебе их подкидывать.
— Всё понимаю, Ир, — сжал он мои плечи в пальцах. — Я пресеку эту ситуацию.
Он больше не сунется к тебе. Обещаю.
8.
Артур.
Рыжая так и не уехала. Что ж… Мне не остаётся ничего, кроме как отнести дубликаты письма, отправленного ей вчера, прямо к отцу. Я предупреждал. Десять раз бегать и уговаривать её никто не будет.
Закончив все неотложные дела на утро, взял папку и отправился в кабинет генерального директора нашей компании.
— Артур Кириллович? Доброе утро! — тут же натянула губки в улыбке секретарша папы.
Любит он себя окружать красивыми молодыми стервами.
И невеста его такая же. Лилечка улыбается мне каждый раз, как видит. Только я всегда вижу шкурный интерес к моему кошельку или телу, и мне это вовсе неинтересно. Если мне нужно — любовницу выберу сам. А Лилия зря улыбается — крашеные блондинки не в моём вкусе.
— Доброе, — ответил ей без эмоций. — Кирилл Сергеевич у себя?
— Да-да, — закивала она хорошенькой головкой. — Может, кофе, Артур Кириллович?
— Да, принеси. Покрепче и без сахара.
— Конечно. Одну минуту, — засияла Лилия улыбкой снова.
Отвернулся от неё и вошёл в кабинет отца.
— Доброе утро, — протянул ему руку, когда подошёл ближе.
— Привет, сын, — ответил отец. — Садись, рассказывай.
Удобно разместился в кресле и протянул ему досье с частью жизни его драгоценной Кати. Или Ани? Не помню имени этой профурсетки. Только цвет волос, и что красивая. Неважно, в общем.
— Вот, папку тебе интересную принёс. Оцени.
Он молча взял в руки бумаги и развернул их. Пробежал глазами. Потом отложил папку в сторону и посмотрел на меня.
Никакой реакции не последовало. Странно, я рассчитывал как минимум на всплеск ярости.
— Ты всё-таки это сделал, да? — усмехнулся он, и я впал в ступор окончательно.
Что это значит? Он не удивился. Он всё знал. Рыжая гадина ему доложила… Вот ты какая, значит. Понятно.
— Что сделал? — спросил отца.
— Мало того, что ты «копаешь» под мою невесту, так ещё и подленькие компроматы мне приносишь. Я тебя разве так воспитывал, Артур?
Нахмурился и отвернулся в сторону.
