Узнает от своего папы, что же я сделала.
— Ты же понимаешь, что отец не будет доволен таким компроматом?
— Понимаю, — снова ответила тем же равнодушным тоном.
— Ты знаешь, я сегодня добрый. И пока не послал этот пакет моему отцу.
— Весьма благородно. Спасибо, — ответила с сарказмом."
"— Даю тебе время до вечера, чтобы уйти достойно. Если ты останешься, этот пакет попадет завтра к твоему жениху, и он всё равно тебя выгонит.
Я промолчала, чувствуя, как закипаю внутри. Скоро пар из ушей повалит.
— Ты уедешь? Или мы ещё поиграем в эти прекрасные игры? — спросил Артур.
— Конечно, уеду.
— Неужели? — усмехнулся он.
Не верит. И правильно делает.
— Да, — ответила я. — Ты меня сейчас очень напугал. Так убедительно говоришь, что я, пожалуй, послушаю.
— Язвишь? — одёрнул меня уже другим тоном. — Посмотрим, что ты завтра запоёшь. Время пошло.
Он повесил трубку.
— Чёрт, — кинула я телефон на диван и заходила по комнате. — Козёл.
Ну и чего привязался? Так радеет за отца? Ну надо же! Какой замечательный сын оказался.
По нему, скорее, можно сказать, что он любит себя, и переживает за свои деньги, которые могут попасть в мои цепкие коготки, а не за папу.
Дождалась вечера и возвращения домой жениха. Едва он, усталый, вошёл в коридор поздним вечером, как тут же подлетела к нему.
— Кирилл, у меня проблема.
— И тебе привет, Ирин, — ответил он, разуваясь и снимая пальто.
Сегодня Свету укладывала спать я, потому что её отец обещался быть поздно. Девочка уснула, и теперь нам никто не помешает говорить.
— Что там за проблема? — поинтересовался Кирилл, проходя на кухню и доставая ужин из холодильника.
— Вот, — протянула ему листы из письма Артура.
Мужчина глянул на меня, отставил кастрюлю в сторону и развернул бумаги. Пробежал глазами, а после снова вернул взгляд на меня.
— Кто посмел тебе это прислать? Это шантаж? — спросил он серьёзно.
— Именно. Компромат, — ответила я, скрестив руки на груди.
— И что они хотят? Денег?
— Нет. Чтобы я бросила тебя.
— Гхм, — хмыкнул он и задумчиво почесал макушку.
— Зачем? Они подписались?
— Это он. И он не скрывает своего причастия к этому делу.
— Ну кто — он? Говори, не томи уже, — строго потребовал Кирилл.
— Артур. Твой сын.
Ненадолго повисла тишина. В глазах мужчины появилось понимание.
— Артур… Значит, он всё же не принял тебя.
— Нет, не принял. Я не хотела тебе говорить, но он угрожает мне за твоей спиной, называя меня охотницей за твоим кошельком, и требуя, чтобы я ушла и оставила тебя в покое.
