- Дима, успокойся.
Харламов возмущённо дышал, потом головой мотнул, сбрасывая с себя раздражение.
- Ты права. Я сделал всё, что мог.
- И даже больше, - добавила она вполне искренне."
"Стас должен был уехать через неделю. За эту неделю Маша с ним не виделась, да и Харламов в дом сестры не ездил. Маша понимала причину, понимала, что, возможно, Дима, как старший, должен быть терпимее и первым сделать шаг навстречу племяннику, но не настаивала. Димка влился в привычный для него рабочий процесс, стал похож на прежнего Харламова, и даже улыбаться начал, как прежде.
Маша за ним наблюдала, подстраивалась под его ритм жизни, осваивалась в новой роли, которая уже ни от кого не скрывалась. В конце концов, её жизнь тоже изменилась, и впереди у неё было много открытий, а планы брались, казалось, из воздуха. Она не успевала их обдумывать и выстраивать очередность. Но про отъезд Стаса не забывала, просто поговорить об этом ей было не с кем. Лишь однажды рискнула у Димки поинтересоваться:
- Ты поедешь с ним проститься?
Харламов тут же скроил недовольную физиономию и неопределённо проговорил:
- Посмотрим.
Она не собиралась ехать в дом Тихоновых, чтобы попрощаться с бывшим женихом. Это было бы странно и чересчур. Решила, что позвонит Стасу накануне и пожелает счастливого пути. И, вообще, удачи и благоразумия. Но он её опередил. Взял и позвонил сам, позвонил поздно вечером, и, судя по голосу, был не совсем трезв. Маше не слишком хотелось общаться с пьяным Стасом, которому непонятно что нужно от неё в одиннадцать вечера, но просто взять и отключить телефон, она не решилась.
Дима ещё работал в кабинете, разговаривал с кем-то по телефону, и Маша решила, что если несколько минут разговора Стаса успокоят, то она обязана это сделать. По крайней мере, ради дальнейших семейных отношений. Не её, нет, а Стаса и Димы. Ведь и без Анны Александровны понятно, что камень раздора в сложившейся ситуации она.
- Я собиралась позвонить тебе перед отъездом, - сказала она, настраивая и себя, и его на ровный тон беседы.
– Пожелать удачи.
- Удачи, - повторил Стас и неприятно хмыкнул. – Удача от меня отвернулась, малыш. Ты разве не заметила?
Маша осторожно выглянула из спальни, увидела открытую дверь кабинета, услышала голос Харламова, и тогда уже вернулась в постель.
- Стас, не говори так. Это несправедливо. Ты на свободе, перед тобой все двери открыты. Ты можешь начать жизнь с чистого листа. Разве это не удача?
Он молчал.
