- Маня, ты становишься очень наблюдательной, - вроде бы похвалил он её.
Маша на него посмотрела.
- Ты говоришь это странным тоном.
- Ничего странного. Но ты поймала чёрную ворону за хвост. И тебе для этого потребовалось не так уж много времени."
"- Та-ак, - протянула она, отворачиваясь. – Наверное, мне лучше ничего не знать. И больше на эту тему не говорить.
- Чтобы продолжать ловить неосторожные Борины взгляды?
Маша всерьёз нахмурилась.
- Ты хочешь сказать…
- Ничего я не хочу сказать. Потому что ничего нет.
Посмотри на Люсю, это святая женщина. Какие дурные помыслы могут быть на её счёт?
- Но о Борисе Николаевиче ты так хорошо не думаешь, я правильно понимаю?
- Почему? Боря занимается благотворительностью, радеет за сирот, что-то строит, кому-то что-то отчисляет. Взывает поступать также всех знакомых, и меня в том числе. Но если бы не Люся, он ни об одной сироте даже не подумал бы, это факт. Так что, Люся – его совесть. Во всех смыслах.
- Они ведь брат с сестрой? – уточнила Маша.
- Насколько знаю, троюродные.
Это считается роднёй?
- Наверное.
- А вот Люся уверена, что это родня близкая. – Дима кинул на Машу выразительный взгляд. – И это единственное объяснение тому, что в доме хозяйка моя сестра, а не она.
Маша помолчала, обдумывала. После чего в лёгком удивлении переспросила:
- У них были… отношения?
Вот тут Харламов пожал плечами.
- Это было до его знакомства с Нютой, до их женитьбы. Но я уверен, что да. И Боря до сих пор дышать ровно в одной комнате с Люсей не может.
Я это вижу, Аня это видит, ты заметила. Люся его вдохновляет, мне так кажется. Я знаю, что факт их пусть и дальнего, но родства для Люси сыграл когда-то значимую роль. Настолько, что она вышла замуж за непонятного для семьи человека и сбежала в деревню. В гости приезжать стала лет десять назад, когда они обосновались неподалёку. И когда, видимо, посчитала, что все успокоились. Но могу сказать, что Боря после этого буквально выдохнул. Он когда её видит, у него лицо меняется.
- Я заметила, - негромко проговорила Маша.
Харламов с усмешкой покивал.
- Вот-вот. Это так странно. Но в его отношение к сестре даже Аня давно не вмешивается, она смирилась, так что же беспокоиться другим?
Маша молчала и смотрела за окно. Видимо, молчала достаточно долго, потому что Дима в какой-то момент тронул её за плечо.
- Ты что?
- Пытаюсь представить, ничего не могу с собой поделать. – Маша развела руками и улыбнулась.
- Не надо представлять, - покачал головой Харламов.
