Вот и Анне Александровне не стало. Она посверлила брата взглядом, затем с дивана поднялась, оставив Афанасия дремать.
- Хорошо, - проговорила она официальным тоном, - обсудим это позже. Пойдёмте за стол."
"И первой покинула гостиную через двойные двери, прошла в столовую. Маша смотрела ей вслед, потом тихо пожаловалась:
- Она меня ненавидит.
Димка только плечами пожал.
Стас к столу так и не спустился. Возможно, это было к лучшему. Всем необходимо было передохнуть, даже Борис Николаевич решил не торопиться с вопросами, касающимися их главной проблемы.
Маша знала, что после обеда они с Харламовым наверняка уйдут в кабинет, подальше от женщин, и всё обсудят. А ей снова придётся остаться в одной комнате с Анной Александровной. И, похоже, жизнь привела её к тому, что ей необходимо к этому привыкать. С инициативой наладить отношения или попытаться найти подход к сестре любимого человека, Маша решила завязать почти тут же, как эта мысль пришла ей в голову. Но необходимо было выработать стратегию, линию поведения, и эту линию в дальнейшем желательно не переступать.
Изо всех сил держать нейтралитет. В конце концов, Анна Александровна и сама не горела желанием с ней общаться, и всё, что Маше оставалось, это горячо, со всей старательностью любить её младшего брата. Так, чтобы это было заметно и понятно всем вокруг. Самой заслужить доверие и признательность вряд ли удастся, лучше сразу с этим смириться и не переживать лишний раз.
- Не обращай внимания, - шепнула ей Люся в конце обеда.
– Аня просто ревнует.
Маша кинула опасливый взгляд за своё плечо, но поблизости никого не оказалось. И тогда она сказала:
- Ревновала бы она к кому-нибудь другому. А меня она не любит.
Люся понимающе и сочувствующе ей улыбнулась, похлопала по руке.
И всё-таки была некоторая странность в поведении Люси. До этого дня у Маши не было возможности заметить, проанализировать, а сегодня она вдруг поймала себя на мысли, что в присутствии Люси, Анна Александровна словно устраняется от всех домашних дел и забот.
Она занимается цветами, проводит время в тишине и одиночестве, и если бы не проблемы, связанные со Стасом, то, возможно, она бы и не появилась ни в столовой, ни в гостиной. Оставив все хлопоты на Люсю. Довольно странное разделение обязанностей.
Люся была замечательным человеком, с ней было приятно общаться, она готова была накрыть крылом заботы, кажется, полмира одновременно. Её даже прислуга в доме любила.
