Как вы можете!
— Пожалей моих воинов, Цветочек, — продолжает, чуть сбавив тон. — Прикрой грудь. А лучше переоденься.
— Во что? — взрываюсь от негодования. — Все платья, которые вы мне прислали, имеют глубокий вырез. Один другого глубже!
— Под себя подбирал, — задумчиво произносит. — Кто же знал, что сунешься в этих платьях к солдатам.
Затем Драгос делает то, чего я никак не ожидала.
Встает одним быстрым движением, подходит вплотную и принимается расстегивать на своем мундире пуговицы. Затем, сняв с себя черный китель, накидывает его на меня.
Под кителем одна лишь мужская сорочка, натянутая на голое тело. Каждый мускул просматривается, как на ладони. От него веет силой, сшибающей с ног. Тут впору отвернуться, отступить, а вместо этого замираю и пялюсь на скупые, точные движения, при которых стальные мышцы перекатываются под кожей. Вдыхаю знакомый запах.
Его китель приятный на ощупь — мягкий, податливый, но ужасно мне велик. Он висит, как платье. А рукава длинные. Просто смех! Выгляжу теперь, как пугало.
К тому же, черный мне совсем не к лицу.
Но дракону наоборот мой вид по душе. Закатывая мне рукава и застегивая пуговицы из черного серебра, он довольно поговаривает:
— В этом мундире ни один солдат не посмеет на тебя похотливо взглянуть. Даже тупому теперь понятно. Ты — женщина генерала.
— Я в этом кителе чучело, а не женщина."
"Ворчу, делаю вид, что мне неприятно, а сама таю от его внимания, от небрежных, уверенных прикосновений. Когда он заканчивает, снова берет меня пальцами за подбородок и заглядывает в глаза:
— Как бы ты себя не называла, главное, что моя.
Он подходит к выходу из библиотеки и придерживает дверь, позволяя мне выйти. В этом жесте больше насмешки, чем галантности. Он будто идет по тонкой грани между небрежной заботой и… легким флиртом?
Когда появляюсь в лазарете, среди рядками расставленных коек, атмосфера неуловимо меняется. Если вчера я замечала в обращении драконов некую фривольность — солдаты, что с них взять! — то сегодня все до единого смотрят на меня с почтением.
И еще с каким-то придыханием, от которого мне немного неловко.
Сную между коек в черном кителе, из-под которого торчит бирюзовый шелк, в сопровождении черных волкодавов. Хотя выгляжу в этом наряде нелепо, мне приятно прикосновение мягкой, теплой ткани. Она пахнет, как Драгос, и несет в себе частичку его заботы.
Хотя о чем я?
Он же о себе заботится.
Точнее, о том, чтобы обезопасить свою собственность от чужих посягательств.
