- Ну вот, а туда же, авторская песня, гитара, костры… Слушай, пока я добрый:
У окна стою я, как у холста,
Ах, какая за окном красота!
Будто кто-то перепутал цвета,
И Неглинку, и Манеж,
А над Москвой встает зеленый восход,
А по мосту идет оранжевый кот,
И лоточник у метро продает
Апельсины цвета беж…"
"Потом они вместе жарили колбасу, промывали макароны кипятком и пели хором про «кожаные куртки, сброшенные в угол», про атлантов, которые «держат небо на каменных руках», и про товарища Парамонову, которая, как известно, в это время пребывала за границею.
Потом они жадно и с удовольствием ели, потом Назар угощал ее кофе, сваренным каким-то особым способом, потом в сумерках, не зажигая света, снова пели все, что могли вспомнить. А потом как-то так получилось… Ну, в общем, получилось. Элла в какой-то момент поняла, что очень этого хочет, и когда оно случилось, была на седьмом небе от счастья.
А потом оказалось, что уже почти одиннадцать часов и нужно идти домой. Назар проводил ее до подъезда, на прощание легонько сжал ее плечо, и она, очумевшая от случившегося, окрыленная и полубезумная, взлетела по лестнице и вошла в лифт.
И только дома вспомнила, что Назар ничего не сказал на прощание и даже не попросил номер ее телефона.
Но это ничего, думала, засыпая, счастливая Элла, он знает, в каком доме и в каком подъезде она живет, найти ее не составит труда, тем более он же в милиции работает, свое имя и фамилию она ему назвала, так что нет проблем. Уже завтра, ну в крайнем случае послезавтра он ей позвонит.
Или даже еще лучше - придет с огромным букетом цветов. Она познакомит его с родителями, против такого кавалера они возражать не будут, взрослый парень, двадцать три года, высшее образование, лейтенант милиции, не обормот какой-нибудь.
Но ничего не произошло ни завтра, ни послезавтра, ни через три дня, ни через неделю. Начались каникулы, в институт ходить не нужно, и Элла целыми днями простаивала у окна в надежде увидеть его. Иногда видела. Назар шел домой или, наоборот, из дома.
Иногда один, но чаще - с красивой, модно одетой девушкой. Сердце Эллы сжималось в тугой комок, а потом взрывалось изнутри и разлеталось во все стороны маленькими жалкими кусочками. Она вспоминала свою мимолетную обиду, когда в самом начале их знакомства Назар предположил, что она может плакать из-за парня, который вовремя не позвонил. Тогда ей казалось, что она никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах не стала бы из-за этого расстраиваться.
