Что, черт возьми, случилось?
Я поплелась к бару, где подавали напитки гостям старше двадцати одного. Правда, там уже было не особо много народа.
Барменом оказался тот же самый парень, который предложил коктейли нам с Дженной.
Я влезла на высокий табурет и наблюдала за мальчишкой, раздумывая, как бы уломать его, чтобы он дал и мне чего-нибудь покрепче.
– Не будет ли дерзостью попросить вас сделать для именинницы коктейль, но не с розовенькой водичкой, а с алкоголем? – выдавила я, догадываясь, что меня вежливо пошлют куда подальше.
К моему удивлению, он приветливо кивнул и, убедившись, что никто не видит, достал рюмку и наполнил ее золотистой жидкостью.
– Текила? – спросила я, хмыкнув.
– Если спросят, это был не я, – ответил бармен, отвернувшись.
Я рассмеялась и быстро поднесла рюмку к губам. Глотнула текилы, которая тут же обожгла горло. Да, она была убойной.
Я оглянулась и обнаружила, как Дженна ведет Лиона в самый укромный и темный уголок шатра. Я чувствовала себя подавленной, видя, как эта парочка обнимается и целуется.
«Будь ты проклят, Николас Лейстер, ты ни на секунду не исчезаешь из моей головы».
– Еще? – предложил бармен.
Я знала, что злоупотребляю, но это была моя вечеринка. Разве я не заслуживала ее? Я имею право на все, что захочу!
Я снова собиралась выпить, как вдруг из ниоткуда появилась чья-то рука и вырвала рюмку из моих пальцев.
– Думаю, уже достаточно, – проворчал мужской голос.
Этот голос.
Я подняла глаза. Так и есть: Ник. В рубашке и брюках, со слегка растрепанными черными волосами и небесно-голубыми глазами, сияющими сдержанным волнением, переполненные счастьем с намеком на некоторую таинственность.
– Боже мой! – воскликнула я и поднесла ладони ко рту.
Он улыбнулся. Эта улыбка предназначалась только мне. Секунду спустя я бросилась в его объятия.
– Ты пришел! – закричала я и спрыгнула с табурета. Я прильнула к Нику, сжимая его в ответных объятиях, вдыхая его запах и снова чувствуя себя живой.
Он еще раз крепко сжал меня и чуть отпустил, чтобы я смогла дышать.
Он рядом! Боже мой, он со мной!
– Я скучал по тебе, Рыжая, – шепнул мне на ухо Ник и, помедлив, поцеловал в губы.
Все мои нервные окончания мгновенно очнулись. Целых четырнадцать долгих дней я не чувствовала ни его рта, ни его рук!
Ник жадно скользнул глазами по моему телу.
– Ты прекрасна, – хриплым голосом прошептал он, положив руки мне на талию и прижимая к груди.
– Что ты тут делаешь? – спросила я, пытаясь сдержать желание продолжать его целовать.
