— А почему бы тебе все-таки с ними не встретиться? Ну, там, допустим, не со всей толпой сразу, а то это, конечно, опасно, а просто хотя бы автографы раздать.
— Прямо в школе? — зевнул Кей. — На уроке музыки, да? Глядите, к нам пришло наглядное музыкальное пособие. Сейчас оно нам споет, и вы узнаете, например, что такое гроулинг или скрим, ребята. Оно покажет вам технику, а мы все вместе повторим на оценку.
— Нуу… — уклончиво отвечала я. — Они требуют, чтобы ты спел. Слышишь?
— Не жалуюсь на слух. Петь не буду.
Только на концертах.
— Почему?
— Ты хочешь это знать? — с какими-то задними мыслями спросил парень.
— А что?
— Признайся, что я тебе нравлюсь, тогда и я открою тебе свою маленькую тайну.
Я тут же отказалась. Буду я позориться, в таком признаваться. Видно же, что этот экстравагантный дурак надо мной измывается.
Я опустилась на корточки. И долго нам тут сидеть? Надо же, любая из тех девчонок, которые там сейчас едва ли не скандируют, чтобы солист любимой группы дал им автограф, была бы счастлива, если бы оказалась на моем месте.
А мне вот тут торчать не очень нравится. Нет, конечно, наличие Кея — это, с одной стороны, очень даже мило. И смотреть на него эстетически приятно. Но, с другой же стороны, он вызывает у меня бурю эмоций, очень даже негативных. Я теперь во всем виновата.
Ну, Нинка, заварила кашу, спасибо тебе огромное! Сама-то дома сидишь, а я мучайся.
— Эй, тебе было приятно, когда я тебя обнимал? — с коварной полуулыбочкой спросил Кей, наклоняясь ко мне.
Выкрики фанатов его никак не трогали, как и их просьбы дать им автограф.
— Что? — повернулась я к нему, сглотнув. Понравилось. Ты же знаешь, что понравилось.
— Если признаешься, я обниму тебя вновь. А может быть, даже… — Беловолосый не договорил, таинственно замолчал, протянул руку ко мне и чуть коснулся моего плеча, на которое падали волосы. Провел пальцами вдоль предплечья. Улыбнулся, глядя мне в глаза.
Я осторожно следила за его движением. Ну что за человек! Даже простое его прикосновение переполнено самодовольством! Не парень, а целая фабрика по производству комплектующих для мании величия.
Заманчивая фабрика.
— Слушай, отстань, пожалуйста, от меня."
"— Признайся, тебе нравились мои прикосновения, — уже не вопросительно, а скорее утвердительно произнес он, напоследок касаясь моей ладони.
Ну вообще-то, да, только не думаю, что вы, Кей Батькович, услышите мое признание. Тогда ведь вы опять начнете упиваться собственным «я».
