Его съедало любопытство: кому предназначены красивые и явно дорогие ароматные сорняки под названием «розы чайные, гибридные»? Будучи очень ревнивым, дядя Витя сначала заподозрил, что, может быть, это тайный поклонник его жены решил отправить такой букетище, а потом ему подумалось, что, наверное, один из нелюбимых родственников прислал розы для украшения стола и прочего интерьера, чтобы позлить хозяина дома. Но в записке, а, вернее, в маленькой открытке с изображением плюшевого котенка с милой улыбкой, говорилось совсем другое:
«Моя прекрасная королева, эти цветы подтвердят тебе мои самые искренние чувства.
Прости за вчерашнее — я верну твою сумку. Келла, с любовью».
— Это еще кому? — уставился в великом подозрении на корзину Виктор Андреевич и принялся размышлять.
Теперь ему стало понятно, что это кто-то из многочисленных поклонников его красавиц дочерей. То, что вокруг Нины и Иры молодых людей крутилось в достаточном количестве, мужчина прекрасно знал, и все эти неотесанные парни его бесили и злили.
Дядя Витя был очень деспотичным отцом, и любые претенденты на руку и сердце девочек казались ему мерзкими и противными сопляками, которые в жизни ничего не достигли и не могут не то что общаться с его дочками, даже смотреть на них им не разрешается! Нинкина мама постоянно жаловалась родственникам, что бедным девочкам приходится прятать своих мальчиков, потому что всего одна встреча с отцом — и этих парней как ветром сдувает из жизни Ирочки и Ниночки. Если их брат слышал эти слова из уст матери, он неизменно подтверждал их: «А кому охота общаться с девчонками, у которых такой папаша ненормальный? Если бы у моей девушки такой предок был, я бы себе другую нашел уже через пять минут!»
— Хм, кому? — проговорил себе под нос хозяин квартиры, который не мог определить, старшей ли дочери предназначены эти цветы или младшей?
— Ну, вы же Журавль, — заканючил парень в малиновой кепке, — значит, вам! Распишитесь, а?
— Я что, — поглядел на него, как на отсталого, Виктор Андреевич, — похож на «прекрасную королеву», кретин? — и Нинкин папа с выражением зачитал кусочек таинственного послания.
"
"Курьер скептически оглядел несколько грузного мужчину с круглым твердым лицом, цепким взглядом, широким носом с залегшей вертикальной складкой между грозно нахмуренными бровями и помотал головой.
— Нет, что вы, вы просто похожи на того, кто должен расписаться! — нашелся парень, которому вовсе не улыбалось надолго задерживаться в этой квартире.
