– В одиннадцать?! Чёрт побери, я уже не ребёнок, и…
– Ровно в одиннадцать. Ты знаешь, что я вынужден ограничивать тебя. Это в твоих же интересах, Марлон.
Дональд разглядывал свою коллекцию виски, выбирая напиток на вечер. И что он только находит в этой гадости?.. Она пахнет почти как жидкость, которой Анна моет окна."
"Марлон в негодовании удалился вместе с Дебби, а Дональд отправил Мелоди в ванную чистить зубы.
– Я тоже пойду наверх, – сказал я, хотя на меня сейчас никто не обращал внимания. – Я так устал – если дверь в мою комнату будет закрыта, не будите меня, хорошо?
– Конечно, сокровище, – отозвалась Анна.
Сокровище. Так меня ещё никто никогда не называл, даже она. Меня пробрала дрожь. Наверное, это очень важное ласковое прозвище. Я уже знал, насколько люди ценят деньги, золото и драгоценные камни. А мною, оборотнем, дорожит человек!
Молча, не в силах произнести ни слова, я спустился по лестнице и поцеловал Анну в щёку.
Несколько мгновений я вдыхал её запах – аромат ванили и свежеиспечённого хлеба.
Она с улыбкой смотрела на меня:
– Спокойной ночи, Джей, приятных сновидений. Жаль, что я не могу заняться твоей подругой Холли, но я поговорю с Крампом, чтобы он обходился с ней помягче, идёт?
– Было бы здорово, – ответил я и прибавил, как меня учили: – Спокойной ночи.
У меня на душе было очень пакостно из-за того, что приходилось обманывать Анну – снова и снова.
Я закрыл дверь, выключил свет и в полночь выбрался из окна. В этот раз я собирался превратиться в прыжке: должна же быть хоть какая-то польза от этих дурацких уроков превращения.
Я сел на подоконник, свесил ноги из окна и, прыгнув со второго этажа… вдруг засомневался. Если я сейчас облажаюсь и приземлюсь человеком, то наверняка сломаю ногу!
– Тимбукту, – торопливо прошептал я – и почувствовал, как моё тело вытягивается, а руки и ноги превращаются в лапы. Повезло! Мягко приземлившись в тёмном саду, я втянул носом ночные запахи.
Брэндон уже ждал меня. На нём, как обычно, были штаны защитного цвета с кучей карманов, чёрный свитер и чёрно-серебристая зимняя куртка.
Я, урча, потёрся головой об его ноги, и друг окинул меня скептическим взглядом:
– Надеюсь, ты потом оденешься? В таком виде я с тобой в город не пойду!
– Нет-нет, не беспокойся, я не собираюсь оказаться в зоопарке.
Спрятавшись за гаражом, я снова превратился в человека и оделся, чтобы беспрепятственно перемещаться по Джексону.
Нам с Брэндоном нужно было кое-что сделать.
