Коваль снова взял бутылку, достал небольшой поднос. Поставил на него бутылку. И два стакана. Откровенно не густо. Но что имеем.
Теперь вставал вопрос: куда податься самому Ивану? Присаживаться рядом со Славой – не вариант. Не исключено, что его присутствие рядом послужит спусковым курком, и девочка сорвется.
А она ему нужна в трезвом уме и не совсем трезвой памяти.
Слишком много вопросов.
Молодому мужчине пришлось импровизировать на ходу.
Он подкатил второе кресло к дивану. Между мебелью поставил небольшой столик.
Почти идеально.
Между Иваном и Славой находится мебель. Для девушки она должна послужить неким барьером, защитой от него.
Коваль незаметно сжал руки в кулаки. Мысль, что понравившаяся ему девушка – а Веснушка ему понравилась и сильно! – считает его недругом, от которого надо держаться подальше, сильно раздражала. Чего греха таить, не привык он к такому восприятию.
Да и чувствовать себя насильником – тоже.
Слава внимательно следила за его передвижениями. А он кожей чувствовал её взгляд, и, несмотря на случившееся ранее, он его возбуждал.
Иван прилагал максимум усилий, чтобы держать себя в рамках разумного. В конце концов! Он же не… орангутанг, выбежавший из леса, и женщины для него не в новинку. У него нет потребности… спариваться, как обозначенное выше животное.
Бросив взгляд на Веснушку, Иван усмехнулся: или есть?
– В какой части ты служишь? – спросил, решив начать с малого. После чего наполнил стаканы, стараясь хоть чем-то себя отвлечь.
Слава приглушенно фыркнула, настолько тихо, что он почти не услышал.
Но всё же разобрал.
Та-ак…
– Я не служу.
Значит, интуиция Коваля не подвела.
– Подробнее можно?
С ответом Веснушка не спешила, свела брови на переносице и сильнее обхватила плечи руками.
А потом сокрушенно вздохнула, когда Иван протянул ей стакан.
– Пей.
– Я предупреждала вас… Повторюсь, у меня непереносимость.
– У нас у всех периодически случается непереносимость.
Слава взяла стакан, стараясь не соприкасаться с пальцами Ивана. Осторожничает…
Не подозревая, что с каждой проходящей минутой его интерес к ней только подогревается.
Всем. Её взглядами, неторопливой речью. Запахом.
Если раньше Иваном двигали низменные инстинкты, сейчас пришла осознанность. Ещё не полная. Но чем больше времени он проводил в обществе Веснушки, тем сильнее в нем пробуждалась некая незнакомая ему потребность. В чем именно она заключалась – он и будет сейчас разбираться.
– Хм… Я вас предупредила. Дальше… как знаете.
