– Вау, меня ждут,– услышала я радостное ржание подонка. – Да как. Знаешь, толстая, меня еще никогда не встречали так. Раскинув рогатки. Польщен.
– Пли, воздушная тревога, – раздался звонкий голосок Вовки. Я сгруппировалась и попыталась перевернуться на карачки. Что – то огненное, абсолютно нереальное, просвистело над моей головой. Раздался дикий вой, и оглушительный грохот.
– Есть, – пробасила Варюша, склонившись надо мной. – злой гоблин повержен. Вставай, мам, враг убит. Бастионы пали.
– Чем вы его? – икнула Заюша, разглядывая поверженного титана, развалившегося поперек моей прихожей.
– Гипсовым уродцем, ну тем, из набора, который ты нам подарила, – хмыкнул Вовик, размахивая моим чулком. Эдак я скоро голой останусь.– Мы его немного подшаманили, скажи он клевенько полыхнул? Это я придумал, там короче надо…
Надо запретить Заке покупать моим детям подарки. Я словно оглохла. Подползла на карачках к мамонту, не подающему признаков жизни, обмирая от ужаса. Огненный гипсовый гномик попал ему прямо в лоб, судя по ожогу в центре высокого, наверняка очень умного чела.
Господи, только бы он не умер. Мы ж его не закопаем, лося такого. Посадят. Меня посадят. Кто будет воспитывать моих ненормальных детей? Их же даже в детдом не возьмут, побоятся.
– Ну здравствуй, котлетка,– сильные пальцы вцепились в мое плечо, я и пикнуть не успела. Только что умирающий, как мне казалось Седов, уставился на меня злыми, опасными глазами.
–Так ты притворялся, гад, я чуть богу душу от страха не отдала,– пискнула я, дергаясь в лапище проклятого мужика, словно под током.
– Испугалась, что я отдуплюсь? Или за свою дешевую шкурку? Твои личинки сатаны уничтожили мою коллекционную тачку. Так что, как платить будешь? Натурой не возьму, больно уж ты на любителя.
– Сволочь,– всхлипнула я, слушая движения моих детей за спиной, и очень надеясь, что они пожалеют свою мать и больше не нанесут атаки с воздуха. Побоятся задеть.– На фига ты приехал.
– Я тебя предупреждал, что ненавижу фамильярностей, пончик.
А еще говорил, что не люблю, когда меня кидают. Так что не обижайся. Торчишь ты мне, сейчас, где – то лям зеленью. Квартира твоя столько не стоит. Да и почки зажиревшие наверняка. Даже если ты своих спиногрызов распродашь на органы…
– Чего вы хотите,– обреченно выдохнула я, уже понимая, куда ведет этот мерзавец.
– Будешь работать на меня. А я обещаю тебе веселенькие денечки,– кровожадно ухмыльнулся Мамонт, раззявив разбитые в кровь губы.
