Роман прервал поцелуй, и я зачарованно уставилась в его синие глаза, млея от их почти мистической красоты. Приподнялась, нежно обхватывая пальцами член, который собралась самостоятельно ввести в себя. Будто под гипнозом. Будто слышала мысли и желания генерального без слов!
Меня лихорадило, губы дрожали, мышцы напряглись в предвкушении. Когда я начала медленно вводить головку, чуть не издала стон, ощутив сладкий всплеск удовольствия. Дальше, плавно опуская таз, решила, что вместила мужской член уже почти полностью, поэтому заскользила вверх.
Снова вниз и вверх. Но оказалось это не предел. Далеко не предел…
Крепко обхватив мою талию руками, Роман Давидович вдруг толкнулся, выбивая из меня громкий всхлип. Давая почувствовать в полной мере, где на самом деле находится предел и, вынуждая меня сесть до упора. Затем последовало еще одно резкое движение бедрами, и еще одно, с которым я почти достигла оргазма. Но мужчина хотел моей инициативы.
Вцепившись в сильные плечи, я постаралась повторить заданную амплитуду, только уже без помощи.
Задвигалась по стволу до основания головки и резво вниз, шлепаясь ягодицами о мошонку. В глазах Радова искрило одобрение, вперемешку с темным возбуждением. Ему нравилось – об этом говорили напряженные мышцы его пресса, хватка рук на моих бедрах, вдохи сквозь зубы – и я заводилась с ним в унисон!
Роман не выдержал, начала подмахивать бедрами, вбиваясь в меня в одном темпе и доводя до состояния крайнего возбуждения.
Обняв его шею, я ослабела, сбилась и начала шептать, будто в бреду:
– Да… Да… Ро-ман!..
Прижав меня, мужчина ускорился. Я вскрикнула и забилась в конвульсиях невероятного оргазма.
– Вот так, девочка!
Поглаживая мою спину, Радов вдруг поднялся из кресла, легко удерживая меня на весу. Через несколько шагов я оказалась на кровати. Он подтолкнул меня к изголовью, развернул спиной к себе и поставил на колени.
Обвивая мое тело руками, точно канатами, мужчина вошел в лоно сзади и сразу начал двигаться размашистыми толчками.
Запрокидывая голову, я мычала, стонала, всхлипывала и ежилась от россыпи мурашек, когда Роман обжигал поцелуями мою шею или активно массировал клитор. Эта сладкая пытка тянулась, кажется, вечность. Затем Радов уронил меня на живот, раздвинул ноги и вогнался так глубоко, что я моментально кончила."
"Даже примерно не могла сказать, сколько продолжалась наша близость.
