Предчувствовал, что она выкинет что-то, особенно узнав о Наде. Поэтому и приставил Алексея следить за ней, чтобы держать бывшую жену, с ее неуправляемой психикой, подальше от мышонка. Однако она нашла способ вмешаться в наши отношения, которые только приобрели устойчивую позу.
Если бы я вышвырнул эту неуемную женщину сразу… Не вступая в разговор, не позволяя ей играть на моих нервах.
Но я слишком долго тянул, считая, что контролирую ситуацию.
Еще глоток виски заставил поморщиться. Признать паршивую истину – я проиграл. Меня уложили на лопатки, как мальчишку...
Внезапно ярость вспыхнула, как пожар. Стиснув зубы, я схватил бутылку и с силой швырнул ее в окно. Стекло разлетелось с оглушительным треском, осколки брызнули, впуская в дом холодную ночь.
Так же разлетелись мои планы, надежды иуверенность в завтрашнем дне.
Телефон на стойке завибрировал, настойчиво, как сигнал тревоги. Уняв бурю внутри, я поднялся, чувствуя свинцовую пустоту, и принял звоно.
– Да, – холодно ответил.
– Роман Давидович, она очнулась! – напряженный голос в трубке резанул слух.
Прикрыв глаза, я медленно втянул воздух, отдаваясь на волю обстоятельств.
– Я скоро буду."
"Сбросив звонок, замер, вновь устремив взгляд на россыпь стекла на полу. Пальцы, все еще сжимавшие телефон, напряглись. Медленно подняв экран, я открыл контакты и нашел ее имя – «Надя». Погладил его большим пальцем, будто она могла это почувствовать через время и пространство.
Ревность, сомнения, тоска схлестнулись внутри в ожесточенном бою, но холодный рассудок взял верх. Я не мог тянуть ее за собой в этот хаос. Не теперь.
Прости меня, маленькая.
Палец скользнул вниз, и я нажал «удалить контакт». Экран мигнул, имя исчезло, и вместе с ним – последняя нить, связывающая нас.
Конец первой части"
