Мои очки куда-то делись, волосы разметались, между тем мысли потихоньку начали проясняться. Вместе с тотальным бессилием я испытывала облегчение… Действительно испытывала!"
"Мужская рука, лежавшая на моей груди, казалась горячей. Подчиняясь безотчетному желанию, я легонько накрыла ее ладонью и вдруг поняла, что мне… нравится. Нравится чувствовать на себе прикосновения Романа Давидовича, вдыхать его запах, осознавать власть и контроль надо мной! Я даже испытала жуткую досаду, когда он перестал трогать меня между ног.
Но сам пока не отстранялся. И я тоже не спешила подниматься со стола. Судорожно сжав сильную руку генерального, встретилась прямо с его синими глазами.
Они уже не казались такими строгими и холодными. Мужчина смотрел на меня задумчиво, даже немножко участливо. Сладкий импульс прошел в животе. Я сглотнула, понимая, что облегчение было временным, и оно очень быстро тает! А в моей голове тем временем совсем не осталось мыслей о моральных принципах.
– Нет, девочка. Ты можешь пожалеть об этом, – вдруг сказал Радов негромким низким голосом, сдвинув свою ладонь от моей груди к солнечному сплетению.
Словно взял и прочел мои порочные мысли!
Облизнув губы, я потерянно шепнула:
– Почему?
– Потому что я тебе не парень и не муж.
С этими словами Роман Давидович обхватил мою шею сзади, принуждая подняться, и я растерянно затаилась, оказавшись почти лицом к лицу с ним. Все равно мужчина был выше. Такой красивый, сильный, статный… Что-то внутри непреодолимо управляло моими мыслями и желаниями.
Все настойчивее, сильнее. Меня тянуло к нему, требовало еще… Пойти дальше! Я ведь уже шагнула в пропасть и мне не выбраться из нее. Но зато я могла добраться до самой глубины!
Наверное, я совсем с ума сошла. Потому что вдруг положила руки на лацканы мужского пиджака и повела напряженными пальчиками вверх, пока не коснулась шеи генерального. Щекочущий жар заплескался в теле, опьянил меня окончательно. Линия квадратного подбородка, густая борода – я не знаю, чего хотела, очерчивая лицо Радова! Только бы не отстранялся и позволял касаться себя…
– Ты не соображаешь, что делаешь, – недовольно выдал он сквозь стиснутые зубы, неожиданно перехватывая мои руки и убирая их.
– Хочешь, чтобы я трахнул тебя?!
«Да. Я хочу, чтобы вы трахнули меня» – прозвучало четко в моем сумасшедшем сознании.
А Роман Давидович вдруг подхватил меня под бедра и снял со стола. Внутри ухнуло. Досада, разочарование, стыд – все это смешалось так сильно, что глаза зажгло от слез.
