На первый курс я уже поступала лично, имея возможность посещать занятия, как все нормальные студенты. Правда, первый год со мной на парах сидел охранник, не позволяя общаться с окружающими и проверяя мой телефон, но потом стало легче, и занятия я уже могла посещать самостоятельно. Подружилась с Настей, которая, кстати, ‒ поднимает пальчик вверх, концентрируя моё внимание, ‒ прошла жесточайшую проверку и стала единственной подругой, которой безоговорочно доверяют. Потом охранники стали наёмными, но, если отец замечал косой взгляд в мою сторону со стороны водителя ‒ его увольняли в ту же секунду.
Именно поэтому я так боюсь, что он заподозрит нас, ведь тогда тебя уволят, и встречи станут невозможны… ‒ затихает, практически проглатывая последние слова.
Я лишь сейчас понимаю: то, что казалось мне искусственно созданной проблемой молоденькой девушкой, на деле оказалось куда глубже и сложнее. Любая оплошность может стать причиной для Строганова разорвать контракт с моей фирмой и забрать у меня Арину.
Не сейчас. Не так. Не готов отказаться от Котёнка, который только-только начал брать лакомство с ладони, взамен исполняя все мои желания.
‒ Ты молчишь… Много болтаю, да? ‒ Виновато смотрит исподлобья, с трудом решившись задать вопрос. ‒ Но ты ведь сам попросил. Я больше не буду, Глеб…
‒ Не нагнетай. Сам попросил болтать. Поехали. Уже пять. Не будем давать повод твоему отцу.
‒ Пять? ‒ подскакивает, начиная метаться в поисках одежды. ‒ Пока доедем, уже шесть. Он всё поймёт, накажет, запрёт снова… ‒ натягивает платье.
Закидывает руки за спину в попытках застегнуть молнию.
‒ Стоп. ‒ Обхожу сзади и бегунок медленно ползёт вверх. ‒ Без паники. ‒ Разворачиваю к себе, ухватив за подбородок. ‒ Не позволяй эмоциям взять верх. У тебя на лице написано, что ты в ужасе. Расслабься и будь естественной.
‒ Попробую, ‒ обречённо вздыхает.
Мчусь по улицам, нарушив, кажется, с десяток правил и проскочив пару раз на красный. Нервозность Арины передаётся и мне, когда вижу, как она перебирает пальцами цепочку, перетягивая из стороны в сторону.
‒ Прекрати. Пробки, как вескую причину, ещё никто не отменял.
‒ Думаешь, поверит?
‒ Уверен. Не дёргайся.
Но моя уверенность испаряется, когда, въехав на площадку перед домом, наблюдаю Демьяна, встречающего нас на пороге. Твою мать. Арина права ‒ Демьян слишком мнителен, чтобы поверить в отговорку о пробках. Его не проведёшь допотопными отмазками, которые использует все.
