Да и лицо свежее, искрящееся, источающее энергию.
‒ Соглашусь, на наркомана не похож.
‒ И я говорю… ‒ вздыхает, возвращаясь на место. ‒ Для родителей это стало ударом ‒ неожиданным, страшным. Отец почти сразу в себе закрылся, мама с трудом держалась. В такие моменты люди или объединяются, помогая пережить друг другу горе, или отдаляются, становятся чужими. Так и произошло… Папа на контакт не шёл, сорвавшись в своё горе. Мама, чтобы справиться с утратой, через два месяца улетела на Курилы. Она у меня учёный, изучает вулканы.
Сказала, что ей так будет лучше…
‒ А ты?
‒ А я пыталась окружить заботой и вниманием отца. Как могла, как умела семнадцатилетняя девочка. Много разговаривала с ним, пыталась донести, что у него есть ещё и я. Донесла…
‒ Себе во вред, насколько я понимаю?
‒ Его переклинило. Проснулся человек утром и решил, что вокруг вселенское зло, которое так и норовит подсунуть мне наркотики, алкоголь, запрещённые развлечения… Ему вдруг стало казаться, что, выйдя я за порог, непременно найду неподходящую компанию, друзей с плохой репутацией, который затянут меня в водоворот порока и похоти.
Он просто запер меня, и последний класс гимназии я обучалась на дому. Преподаватели посещали меня сами, конечно же предварительно пройдя тщательную проверку. Те, кто вызывал подозрения, не допускались. Иногда доходило до маразма: папа закрывал меня в комнате на ключ на несколько дней.
Теперь понимаю, откуда берёт своё начало тотальная опека над Ариной. Подсознательный страх потери ещё одного ребёнка, заставил Демьяна ограничить свободу дочери, поместив под круглосуточный надзор.
Но он, скорее, пытался обезопасить себя, затолкать свои страхи настолько глубоко, чтобы ядовитые щупальца, сдавливающие глотку, ослабли, позволив дышать.
‒ Как появилась твоя мачеха?"
"‒ Через несколько месяцев мама вернулась и попросила развод. Отец не сопротивлялся, молча дал согласие. Она снова уехала, оставив меня с ним. Папа всегда шутил, что из двадцати пяти лет брака, восемь мама провела в экспедициях и изучении своих драгоценных вулканов.
Она просто не могла взять меня с собой, обеспечить спокойную и размеренную жизнь. А ещё через полгода появились Вера с Катей… Я даже не знаю, как он с ней познакомился. Обе не понравились мне с первого взгляда. Вера с ноги открыла дверь в наш дом, тут же объявив себя хозяйкой, Катя сорвалась в шопоголизм, скупая всё, что попадалось на глаза. Но только за одно я им благодарна: вектор папиного внимания сместился, и мой поводок ослабили.
