Большая семья за столом активно общается и обсуждает последние события, переключившись с Дианы на Костю и его пару ‒ Валентина. Глеб то и дело кривится, посматривая на брата, но молчит ‒ каждый вправе выбирать. Мама и папа, пройдя долгий и непростой путь, кажется, успокоились и для них всё началось с чистого листа. Даже Лев сегодня с девушкой. Надеюсь, ей есть восемнадцать, потому что она ему в дочери годится.
Мой муж терпеливо воспринимает задержавшихся гостей, не подгоняя, а когда уходит провожать родителей, я, наконец, укладываю непоседливую дочь спать.
‒ И не говори, что ты устала и не выполнишь обещание, ‒ неожиданная претензия летит в меня сразу, как только Глеб закрывает дверь спальни. ‒ Я настроен на длинную ночь, Котёнок.
‒ Не скажу, ‒ хмыкаю, стягивая по плечам платье, которое тут же падает на пол.
‒ Хочу твой язык на своём члене. Как ты умеешь, ‒ раздевается, и уже через минуту мы на равных ‒ голые и возбуждённые.
Сильные руки подхватывают, осторожно опуская на кровать.
Нависает огромной глыбой, растолкав мои бёдра.
‒ Всё, что пожелаешь, Глебушка, ‒ тянется к губам, но я успеваю приложить пальчик, остановив его. ‒ Но сначала, я хочу это услышать.
‒ Что?
‒ Ты разве не помнишь, какое сегодня число?
‒ Сегодня день рождения Дианы. Что ещё я должен помнить? ‒ хаотично бегает взглядом, выискивая в закромах сознания нужную информацию.
‒ Сегодня ровно четыре года с момента, когда ты мне сказал слово на букву «л». Я не напоминала, ‒ указываю пальчиком, ‒ но сейчас хочу получить то, что мне причитается.
‒ Ты что, даже дату записала?
‒ Да, на той самой салфетке, которую ты засунул под стекло и повесил над кроватью, ‒ указываю вверх, где на стене красуется кусок бумаги в рамке. ‒ И всё-таки ты сентиментальный, ‒ довольно улыбаюсь.
‒ Нет. Это напоминание. С чего всё началось.
‒ Я жду, ‒ настойчивое требую. ‒ Хочу знать, что ты по-прежнему мой.
Глеб на мгновение замирает, словно прямо сейчас подбирает слова, которые мне так необходимы.
Смотрит с обожанием, с той нежностью, которая предназначается лишь мне, а я вновь утопаю в безумстве льдистого взгляда.
‒ В один прекрасный день я понял, что сижу рядом с тобой, а на душе покой. Внутри лёгкая дрожь, бешеные бабочки и так много слов, что кажется, я не успею их все тебе сказать. И плевать, какое время года за окном ‒ не замечаю, потому что смотрю на тебя. Всё наполнено смыслом, бесконечными мыслями и желаниями, связанными с нами.
