Сговорились они, что ли сегодня? Осталось ещё Косте позвонить, и будет полный комплект. Откидываю телефон в сторону, и он с грохотом улетает куда-то под стол.
Закрываю глаза, пытаясь дышать размеренно и спокойно, но всё бесполезно.
‒ Ой, а ты знаешь, что Илья и Настя теперь вместе? Официально! ‒ за спиной раздаётся голос Арины. Весело щебечет. ‒ Представляешь, он сам к ней приехал, помощь предложил. Фрукты, сладости и всё такое, ‒ хихикает, а я по-прежнему стою спиной, жадно и глубоко затягиваясь. ‒ Он ей долго нравился.
Я так рада за неё. За них. Всё по-настоящему, серьёзно, глубоко. Илья даже готов уехать с Настей за границу, если она не пожелает оставаться здесь. Она мечтала о доме, семье, детях. Говорила о двух ‒ мальчике и девочке, но можно больше. Как думаешь, Илья хочет детей? ‒ вопрос Арины подстёгивает, поднимая из глубины новую волну злости, превращающуюся в огненный поток. Сегодня в меня летят одни и те же фразы, приправленные любовной мутью. ‒ Я думаю, что хочет. И я хочу.
Когда-нибудь, возможно, позже. Красивый дом где-нибудь за городом, не квартира, а именно свой дом. Чтобы можно было установить детскую площадку и беседку для гостей, где все будут собираться летом за большим столом. Только представь: оплетённая зеленью беседка, в которой прохлада и свежесть. Детский смехи, игры. Хорошо же? ‒ готов взреветь от её вопросов. ‒ Это моя мечта, вероятно, немного наивная и детская, но я всегда грезила о дружной семье и детях. А ты? Глеб, о чём мечтаешь ты?
‒ О чём я мечтаю? ‒ цежу сквозь зубы, сминая фильтр сигареты зубами.
‒ Мечтаю, чтобы от меня, наконец, отвалили к херам со своими желаниями о сопливых чувствах. Я привык быть один. Всегда. Мне на хрен не сдался брак, визжащие отпрыски и куча родни, которая будет ошиваться в моём доме. А всё это дерьмо под названием «отношения» не для меня. Одиночество ‒ вот, о чём я мечтаю. Никакого брака и весёлой свадебки, никакой бабы, которая маячит перед глазами каждый день, со временем вызывая лишь отвращение.
Только секс. Потрахались и побежали дальше. Никаких привязанностей и ванильной херни. Ни одну не пожелал рядом. Неинтересно. Не нужно. С каждой так было: сейчас, завтра, всегда. Пришла ‒ ушла. И насрать, что она чувствует. Не моя проблема. Завтра найду новую, которая будет капать слюной на мой член, желая быть оттраханной. Сегодня ты, завтра другая, послезавтра следующая."
"Выдыхаю, понимая, что отпустило. Нужно было высказаться. Так просто.
