Когда кончики пальцев начинает ломить и покалывать, и хочется буквально глаза закрыть, наслаждаясь этим ощущением. Ты — живая. Ты все чувствуешь. Кааайф.
Только тот, кто ничего не жрал долгое время, полностью осознает удовольствие от первого вкусного куска, попавшего в рот. Когда слюну невозможно удержать. Сглатываешь, а она опять собирается! И остро чувствуется и сладость, и горечь и все, даже маленькие оттенки вкуса!
Только тот, кто был никому нахрен не нужен… Хотя, тут без изменений.
Я по-прежнему никому нахрен не нужна.
Но, по крайней мере, мне тепло.
Уютно.
Мягко покалывает кончики пальцев.
И Я ЕМ!
Вкусную лапшу с кусами мяса. Не знаю, как это правильно называется. В детдоме нас кормили вермишелью, называя это «макаронами по-флотски». Правда, вместо мяса там был жир со дна банки с тушенкой, но все равно невозможно вкусно.
Я, естественно, не дикая совсем. Я прекрасно понимаю, что ем блюдо итальянской кухни, в нем какие-то охренительные приправы, а еще куски мяса, а еще что-то солененькое, а еще какая-то травка…
Короче, ум отъешь.
Остановиться не могу, несмотря на то, что понимаю: надо бы вести себя поскромнее.
Потише.
Но никак. Желудок, как начал урчать, стоило Виктору открыть передо мной дверь этого ресторана (я знатно охерела, кстати, стояла столбом, пока он не подтолкнул меня ко входу), так и продолжает, предатель, до сих пор орать утробно на разные лады.
Я уже съела какой-то невозможно вкусный белый суп с рыбой, теперь ем макароны.
А еще принесли что-то офигенное, по виду — произведение искусства, сладость, я даже не могу понять, из чего это состоит. И прямо предвкушаю, как распробую."
"Прикольно то, что я прекрасно понимаю всю тупость ситуации. И слепой не была никогда, видела, какими взглядами нас встретили официанты, и как сейчас смотрят.
Словно я… Бродяжка, грязная шваль, подобранная на улице. Прихоть богатого мужика. Он сейчас меня накормит, а потом трахнет. Или я ему за вкусный обед в машине отсосу.
Эти мысли настолько явно читаются на холеных лицах, что ужасно хочется запустить в кого-нибудь из них тарелкой. И я, возможно, так и сделаю.
Вот доем только.
Не, на самом деле, я гордая. И вообще такая… Правильная. Хотя это смешно звучит от бывшей воровки.
Но тут ключевое слово «бывшей».
Я уже полгода как в завязке. Пытаюсь честно жить…
И вот, дожила. До предательства друга детства и бомжевания.
Но все равно, не мое это. Не могу.
