Дает время немного прийти в себя и, когда выпрямляюсь, произносит ледяным голосом:
– Сегодня останешься дома и отлежишься, а завтра утром поедем в клинику. Проведешь там несколько дней. Иману я скажу, что у тебя случился стресс на фоне всей этой шумихи и ты сильно переживаешь. А потом ты вернешься к обычной жизни как ни в чём ни бывало. И чтобы нигде, никогда и ни при каких обстоятельствах я не слышал о том, что это правда. Ты меня поняла?
– Папа, ты совершаешь ошибку.
Из глаз начинают катиться слёзы.
– Это ты ее совершила! Все участники беспредела, абсолютно все, будут наказаны.
С твоим отцом, Жанна, я сегодня же переговорю. С этого дня ты в нашем доме персона нон грата, – обращается он к помертвевшей подруге.
Папа выходит из комнаты, пошатываясь, а я всё же сдаюсь и на слабых ногах иду в туалет. После того как прочищаю желудок, становится чуть легче, в голове проясняется.
– Это было действительно страшно, – удрученно произносит Жанна и подходит к столу, перебирая газеты и журналы.
– Извини. Я предупреждала.
– Да ладно. Но, похоже, всё безрезультатно. Сейчас тебе восстановят девственность, потом дадут опровержение в СМИ, а через месяц, или когда там, у вас свадьба с Ибрагимовым, ты станешь подневольной пташкой.
Едва сдерживаюсь, чтобы не завыть от отчаяния.
– Знаешь, видимо, у твоего отца действительно серьезные проблемы. Ну должна же быть причина подобной настойчивости? Что он так вцепился в этот брак?
– И что мне теперь из-за его проблем жизнь себе гробить?
Жанна забирается на подоконник и печально смотрит в окно.
– А если он и правда этого Эрика найдет и голову ему открутит?
Сейчас мне почему-то не до мыслей о везунчике. К тому же он вон какой живучий. За себя больше переживаю. Предстоящая свадьба вводит в такое отчаяние, что хоть из окна прыгай. Ведь придется спать с мужчиной, к которому отношусь, как к отцу. Если с Иманом хоть отчасти окажется так же приятно, как с Эриком, это обнадеживает, но я знаю, что подобного не будет.
Уважительно относиться к человеку и желать с ним близости – это не одно и то же.
– Ты спать, что ли, собираешься? – удивляется Жанна, когда я стаскиваю покрывало с кровати и ложусь, сворачиваясь клубочком.
– Меня вырубит сейчас. Перенервничала. Совсем мозги не соображают в такие моменты.
Надо успокоиться, привести мысли в порядок и подумать, что делать дальше.
– Рин, – доносится глухой голос подруги, – ты правда завтра в клинику поедешь?"
"– Правда.
