— Как вы догадались?
— Я видел ваши фотографии. Вы изменились, но не настолько, чтобы вас было не узнать. Позвольте, а мне говорили, что вы… — тут Суриков осекся. — Да нет, неважно. Что вас интересует? Хотя… — Он махнул рукой. — Тут и так ясно что — андоррские счета.
— Вы ими занимались? — Варяг поймал себя на мысли, что не испытывает к этому истерзанному алкоголем и, вероятно, душевными терзаниями мужчине никаких враждебных чувств. Скорее, сострадание.
Суриков кивнул. — По поручению Александра Ивановича Сапрыкина.
Мне пришлось немало потрудиться… Хе-хе… — Суриков издал хриплый нервный смешок.
— Но все же я их нашел. Мне ваша бухгалтерская документация снилась по ночам.
Деньги уходили из Москвы в Латвию и Белоруссию, оттуда в Лихтенштейн, а уж оттуда по десяткам каналов — в Андорру и оседали на счетах пяти тамошних банков. Здорово придумано. Жаль, не удалось в эту самую Андорру съездить — говорят, чудесной красоты место в горах… Горная республика. Сапрыкин — тот ездил, и не один раз.
— Кто такой Сапрыкин? — спросил Варяг.
Эту фамилию он слышал впервые.
Суриков тяжело вздохнул:
— Поищите в администрации президента России. Александр Иванович Сапрыкин — большой маленький человек…
— А когда вы нашли деньги… — продолжал Варяг.
— …то ими сразу же занялся Сапрыкин. Он меня отстранил от этой операции. Я не в курсе, куда и, главное, как он их перевел… Счета в Андорре ведь были номерные. Там надо было знать коды доступа… Но думаю, Сапрыкин это выяснил по своим каналам.
— Каким образом вы узнали, что это за деньги? — вдруг спросил Варяг.
Он, кажется, догадался, с чем связана нервная запойность бедняги Сурикова: когда тот понял, что с его помощью были украдены миллиарды русского воровского сообщества, им овладел животный страх за свою жизнь.
— Совершенно случайно. Я услышал телефонный разговор Сапрыкина с одним человеком.
— С кем?
— Не знаю. Сапрыкин разговаривал при мне по мобильнику и назвал его только один раз… Тот человек ему позвонил во время нашего разговора…
— В офисе «Госснабвооружения»? — недоверчиво спросил Владислав.
— Нет, — покачал головой Суриков. — У него на даче в Жуковке… Он назвал того человека «Евгений Николаевич».
Евгений Николаевич Урусов! Так, значит, Сапрыкин лично давал указания Урусову! Генерал милиции был для него только прикрытием…
— Так. И что дальше?
— Он спросил у этого самого Евгения Николаевича, может ли тот гарантировать… не помню точно… словом, может ли он увести воров… вот так он и сказал: воров… на ложный след.
