Я жила этой минутой, когда кровь стремительно закипала от близости Шторма, а каждая клетка тела замирала в радостном предвкушении.
За моей спиной с экрана кто-то верещал от страха, совсем не романтично. Но я не замечала ничего вокруг. Видела только Шторма, дышала им, плескалась в страсти, которая сияла в глубине его глаз.
Поцелуи становились глубже. И я, позабыв себя, уселась на Дэна верхом. Он тут же стиснул широкими ладонями мои бедра. И плотная ткань одежды убийственно мешала. Я ненавидела ее. Но Шторм не торопился ласкать меня так же откровенно, как утром.
Его руки согревали своим теплом, но мне хотелось большего. А Штормов рассмеялся, когда я нетерпеливо заерзала на нем. Была бы я смелее, опытнее, давно бы уже пробралась руками к его ширинке. Но пока не смогла перешагнуть эту черту.
Денис точно понимал мои мысли. Не торопился действовать. Но и не отпускал меня. Шумно выдохнул, опаляя огнем мою шею. И вдруг спустился ниже.
Моя грудь изнывала от легких, едва ощутимых прикосновений языка.
Хотелось стащить с себя мешающие шмотки и заставить Шторма повторить все то, что он вытворял с моим телом в душе.
И Дэн не разочаровал меня. Дернул рукой мою майку вверх и с хриплым стоном жадно прижался к кружеву лифчика, безошибочно отыскав сосок.
Я прогнулась я его руках, неосознанно прижимаясь бедрами к возбужденной плоти мужчины. Волна страсти стремительно прокатывалась по моему телу, безжалостно терзая его, пока Денис жадно вбирал в рот чувствительную кожу.
Эта была настоящая пытка.
Шторм крепко держал меня, заставляя сидеть неподвижно, не позволяя двигаться, и ласкал грудь. А я готова была послать антисанитарные условия ко всем чертям и потребовать большего.
Но мое тело уже рвалось на куски. Я даже и не предполагала, что вот так можно получить истинное удовольствие, без контакта.
– Дэн! – простонала я, забываясь в его руках.
Штормов тяжело дышал, уже умудрился высвободить мою грудь из плена кружев, и дарил нестерпимые, сводящие с ума ласки.
Я, кажется, вскрикнула, но Шторм стремительно закрыл мой рот ладонью, заставляя молчать. И, немного сдвинувшись в кресле, рванул бедрами вверх, вжимаясь в меня. Даже сквозь одежду я ощутила насколько был возбужден мой мужчина. Мое тело требовало откровенных касаний. Но рот Шторма не позволил мне думать. Его губы неустанно вели меня к маячившему на горизонте взрыву.
И я не смогла противостоять. Прогнулась, словно молила не прекращать дивной пытки.
