– Запоминай: вызывать духа огня можно только два раза, когда Ночное Око нарождается и когда начинает убывать. Всегда носи с собой этот амулет и никому его не давай, даже посмотреть! – Вождь кивал, как маленький ребёнок. – Особенно не давай шаману Пёстрому Полозу. Он будет просить, рассказывать страшилки, может даже угрожать – не давай. Если дашь, даже случайно, дух огня может обидеться и забрать с собой твою удачу. Понимаешь меня?
– Я всё запомнил, Большой шаман, никто не получит амулет огня, никогда! – решительно рубанул рукой парень.
Судя по его выдвинутой челюсти и горящим глазам, пожалуй, и правда только через его труп. А перед этим он и сам трупов навалит.
– Ты молод, но мудр, Острый Рог, мне вообще думается, что нам нужно дружить. Я много знаю и умею, что даже и не снилось Пёстрому Полозу. Ты – вождь сильного племени, я – Большой шаман, как думаешь, э?
– Я полностью с тобой согласен, Горький Камень, авторитетным людям нужно дружить.
– Значит, я могу рассчитывать на тебя, Острый Рог, и на твоё племя?
– На меня и на моё племя, Большой шаман, ты всегда можешь рассчитывать…
Потом был обряд очищения.
Цепочка слегка напряжённых людей шла мимо котомок с солью, касаясь их рукой, и проходила мимо двух костров, после которых сидел я, великий и ужасный, с насупленными бровями. Кивком я подтверждал, мол, с вами всё хорошо, свободны. Лишь редко, по знаку Хатака я говорил отойти в сторону некоторым охотникам. После того как прошли абсолютно все, я вместе с вождём и шаманом подошёл к взволнованным мужикам, среди которых лишь Хват был совершенно спокоен.
С озабоченным лицом я быстро навешал лапши, что именно с этих охотников не все метки убраны, им необходим более плотный контакт с солью, причём длительный, и тут же двинул «гениальный» план. Дабы отвести угрозу от племени, охотники возьмут котомки на спину и проводят… прямо до места, где я ещё раз проведу обряд и отпущу, благословя, обратно. Ведь мудрый вождь не против, он же заботится о своём племени. Мудрый вождь был совершенно не против.
А мудрый шаман? И он – за. Вот и отлично! Ну и охотники тоже – за. Им вообще деваться некуда.
Утро только входило в свои права, а сопровождавшие нас охотники уже ушли обратно. Я стоял на краю каменного обрыва, с которого открывался шикарный вид на огромную, действительно огромную реку. Визуально её ширина – километра два. Хатак сказал, что это и есть Большая река. Хм, Большая река – это ни о чём, безликое усреднённое название. Такие реки должны иметь собственные имена.
