– А когда можно будет посмотреть?
– Когда мы отсюда выйдем. А то ты разнесешь в пух и прах все.
– Демьян!
– Не ной.
Замолкаю от его «не ной». И молчу ровно до тех пор, пока мы не оказываемся в машине.
– Ну, может, развяжешь?
– Уже."
"С непривычки от яркого света немного ослепляет. И только спустя несколько секунд, сфокусировав взгляд, я понимаю, что у меня на пальце татуировка в виде якоря. Не сказать, что она вызывает у меня восторг, но и желания немедленно ее стереть – нет. Хотя, надо признать, если бы она была уродской, я бы все равно не показала это Демьяну.
И дело, конечно же, не в его клятве. Как только я хочу сказать, что она очень даже ничего, Царев поддевает мой указательный палец и скрепляет его со своим, на котором точно так же красуется свежая татуировка. Это, мягко говоря, неожиданно. И очень, очень приятно.
– Больше не будет таких розовых соплей. Собакой твоей клянусь. Но мне это показалось прикольным – якорь цепляется за якорь.
– Ну раз собакой клянешься, а не членом, значит будут еще.
Я за такие розовые сопельки. Мне нравится. Это классно.
– Конечно, классно. У меня не будет вялой пи…, – прикладываю палец к губам Демьяна. – Ну вот зачем ты сейчас это делаешь?
– Чтобы испортить розовый момент. Так, ладно, гоу в парк.
– Зачем?
– Выгулять тебя надо, а то больно бледная.
Выгулял, так выгулял – первое, что пришло на ум, когда ноги уже стали гудеть от усталости. Однако, все равно хорошо, вот так просто пройтись по парку, заодно и поесть сахарной ваты.
– Наконец-то, – чуть ли не со стоном произносит Царев, как только нам на глаза попадается свободная скамейка.
И это при том, что забрались мы в откровенную глушь, где, кажется, никого нет поблизости. Усаживаемся на скамейку и синхронно протягиваем ноги со стоном.
– Лен, ты в детстве хотела стать Царевной?
– Конечно, все девочки мечтают о таком.
– Ну, я на правах царя, могу тебе помочь, – видимо, от усталости мой мозг не способен воспринимать то, что говорит Демьян. Чувствую себя тупицей. – Витамины надо будет тебе купить, – бурчит себе под нос Царев, доставая из кармана бархатную коробочку.
– Царевой будешь?
– Ты… ты что, мне замуж предлагаешь?
– Ну ты тормоз, Лена, – закатывает глаза.
– Конечно, буду. В смысле буду Царевой, – левая ладонь самопроизвольно вспорхнула вверх.
– Вообще-то на правую одевают.
– Вообще-то надевают, но пусть будет так. На тебе правую, – протягиваю другую руку.
Вот уж чего я не ждала, так это в один день такого фейерверка.
