Вероломные. Прямые. Каждый раз Юлиан отвергал их все.
Видимо, на то у него были причины.
Глава 5
Чертовы документы не поддавались прочтению! Написаны-то они были грамотно, без двойного смысла, но перед глазами Юлиана строчки расплывались. Сосредоточиться было невозможно. В конечном итоге, он психанул и швырнул бумаги прочь.
Вообще, на хрена он поехал в клуб, а не остался с Лизой?
Такой мягкой... такой соблазнительной... такой красивой...
От воспоминаний, как она лежала на его кровати с обнаженными ягодицами, с чуть раскинутыми ногами, у Юлиана сводило челюсти, и член вставал мгновенно.
Приходилось несколько раз поправлять его, потому что постоянно находиться с эрегированным членом было проблематично. И больно. Стоило прикоснуться к нему, как волна первобытного вожделения охватывала мужчину, затуманивая разум и подавляя все другие инстинкты.
Он снова хотел Лизу. Хотел раздвинуть ее ноги и насадить девчонку на себя на всю длину. Перед глазами вместо важных документов вставала одна и та же картина - её округлые ягодицы, задранная к пояснице блузка и пепельные растрепанные волосы мягкими волнами распластавшиеся на спине.
Когда он сварил кофе - ОН-ВАРИЛ-КОФЕ! - и вернулся в спальню, то застыл в дверном проеме, прислушиваясь к её ровному дыханию. Его девочка уснула. На его кровати. В его доме. Утомленная его ласками.
Юлиан прикрыл глаза и сосчитал до десяти. Не помогло. Внутреннего зверя урезонить оказалось не так-то просто. Испив её нежность и сладость, зверь требовал продолжения.
И тут Юлиан его поддерживал. Он и намеревался продолжить. Распластать Лизу, закинуть ее ноги себе на плечи и снова погрузиться в сладчайшее лоно.
Заглушив яростный стон, Юлиан прошёл в комнату и поставил кофе на прикроватный столик. Будить Лизу он не будет, это точно. Чуть позже, несколькими днями спустя, он заведет традицию каждое утро будить её легким и одновременно требовательным вторжением. Будет закидывать её бедро на своё и входить. Заявляя на неё права. Доставляя удовольствие.
"
"Крупное мужское тело завибрировало от внутреннего напряжения и от вожделения. Взгляд скользнул по волосам, задержался на пояснице. Тонкая талия - сожми чуть крепче и услышишь треск ломающихся ребер. Хрупкая на вид, сильная внутри.
Его Лиза.
Юлиан жадно втянул её запах, и в мужских глазах зажегся победный огонь. Аромат Лизы изменился. Кардинально. Теперь в нем присутствовал запах мужчины.
Его собственный запах.
Полурык-полустон застрял в горле.
