Богдан несколько раз легонько чмокает меня и отрывается.
— Делать ничего не нужно, — он усмехается, — просто не выгоняй меня из квартиры, когда тебя выпишут.
Глава 17
Смеюсь, утыкаюсь носом в его грудь. А ведь и правда мы по сути существовали рядом, только ночевал Полонский в отеле.
— Не выгоню. Но мне еще придется побыть здесь неделю.
Богдан кивает.
— Будем слушаться докторов.
Он говорит во множественном числе и из моих глаз все-таки выкатываются предатели-слезы. Нет, Полонский уже давно рядом, и я чувствовала его поддержку.
Но сейчас между нами не осталось недомолвок. Богдан знает, я ношу его ребенка. И теперь это «будем» звучит по-особенному. Только одно волнует.
— Богдан… Ты хочешь сделать тест на отцовство? Вдруг, какая-то ошибка…
Полонский ловит мой взгляд.
— А вдруг ошибка будет в тесте? Я знаю, будь ты на сто процентов уверена, ты бы даже не заикнулась обо всем этом.
Прикусываю губу.
— Наверное, ты прав. Сомнения были защитной реакцией. Но вдруг…
Богдан качает головой.
— Твой врач выглядит толковой, зачем ей болтать о нестыковке в сроках без основания? Так что предлагаю тебе спокойно ждать ребенка.
У меня с языка просится, что я хочу тест для своего спокойствия. Но я прикусываю этот самый язык. И так столько нарешала сама, еле разгребла. Послушаюсь для разнообразия мужчину. Тем более, Полонский не беременный, у него мозг работает яснее.
Богдан сидит еще долго, но я все равно отпускаю его с разочарованием. Наверное, мысленно уже окунулась в совместную жизнь.
Странно, с Полонским быть мне вроде и привычно, но есть чувство, что все происходит по-новому. Физически, конечно, без вариантов — каждое прикосновение, каждый поцелуй хочется впитывать, как губка. Морально хочу верить, мы оба сделаем работу над ошибками.
По крайней мере пока Полонский — добросовестный отец семейства. Уносится кормить животных, мне пишет раза два за дорогу. Я лежу на кровати в обнимку с телефоном. Со своей стороны буду стараться не загадывать наперед, меньше пилить мужчину.
Хотя не знаю, как поведут себя гормоны.
Я так и засыпаю рано, отправив Полонскому очередное смс. А утром после завтрака мы созваниваемся. Говорим о банальных бытовых мелочах, животных, моем самочувствии. Но в каждом слове сквозит — между нами что-то поменялось. Я и себя ощущаю по-другому, хоть пока боюсь радоваться.
Богдан сегодня в делах, надеяться на его ранний приезд не приходится. До обеда заходит врач, потом приносят капельницу. А позже я откровенно скучаю.
