Я тоже замолкаю, мой монолог и так затянулся. Добавить нечего, я искренне рассказала всё. Меня окутывает волнение, но я ни о чем не жалею. Разговор назревал внутри меня последние дни. А поход Богдана к доктору дал понять — кроме меня никто не расскажет мужчине правду. Так что поступила я правильно, остается ждать последствий.
Богдан шумно выдыхает.
— Значит, отцом стану я? — уточняет он.
— Скорее всего…
— Вика!
— Я думаю, ребенок твой, — сдаюсь, — конечно, точную картину может дать лишь тест ДНК.
Мужчина хмурится.
— Я тебе верю. А вот в происходящее с трудом, — он растерянно улыбается.
Ну хотя бы воспринял ошеломительную правду без злости. Впрочем, если вспомнить то, что он недавно сказал… Этот мужчина хотел принять меня с чужим малышом.
— Мне и самой долго не верилось, но против фактов не пойдешь. И если честно, я хочу, чтобы в моем ребенке текла именно твоя кровь, Полонский.
Признаюсь и ему, и себе.
— Но не думай, что ты что-то должен… — спохватываюсь.
Богдан тут же вскакивает с места, подходит ко мне.
Я даже вздрагиваю, он только что сидел как каменная глыба.
— Хотел помогать тебе, но попадаю в самую гущу событий, — он снова улыбается, запускает пальцы в волосы.
— Ты никогда не желал иметь детей…
Я вспоминаю телефонный разговор, который случайно подслушала. «Где я, и где дети?» — говорил Богдан. Мне как и в тот момент становится холодно. Я даже поправляю кофту, хотя она застегнута и еще недавно отлично меня грела.
— Какая разница? — Полонский задает внезапный вопрос.
— Теперь уже дело сделано и растет. Сюрприз от жизни.
— Пыльным мешком по голове, — горько усмехаюсь.
— Вик…
Богдан шагает ко мне и оказывается совсем близко. А у меня внутри что-то хрустит, как ненужный хрящик. Совсем недавно я бы заявила мужчине — не парься, я справлюсь сама. Ребенок только мой. Но сейчас я готова видеть не только черное и белое. Дать Богдану время.
— Обними меня, — прошу тихо.
Такая простая фраза разряжает обстановку в палате. Полонский без лишних слов выполняет мою просьбу, и я оказываюсь прижатой к широкой груди.
Мужчина гладит меня по спине. Дает тепло, ласку, которые не может выразить словами. Почти минуту мы просто молчим и дышим в такт.
— Я бы сказал, что рад, — Богдан прокашливается, — но будет не то слово. Я… Ух!.. Я правда хочу быть отцом, Вик.
Прижимаюсь щекой к его груди, ладонью провожу по крепким мышцам.
— Понимаю, новость для тебя неожиданная.
Полонский сипло выдыхает.
