Та морщит лоб.
— Хм, узи-метод достаточно точный. Но мы еще понаблюдаем вас в развитии. Только не надо волноваться.
Да уж. Чувствую, у меня горят щеки, и вижу дрожащие пальцы. Чего доброго врач отправит меня к психотерапевту.
— Да, хорошо.
Примолкаю, слушаю рекомендации. Я была бы рада, очень рада не волноваться! Но в последнее время все повороты судьбы играют против меня. Доктор провожает меня до выхода из кабинета, навстречу сразу поднимается Полонский. Мужчина сидел на диванчике поодаль.
— Ну как дела?
Хорошо, персонал клиники на зубок знает этикет, и доктор мужчине лишь легонько улыбается.
Никаких комментариев о моем состоянии не дает. Я же пожимаю плечами.
— Все нормально.
Полонский улыбается, рад чему-то.
— Ты голодная? Заскочим в кафе?
Ох, он и правда решил внести весомый вклад в рождение чемпиона. Или гения, как он там сказал. Одна мысль о роли Богдана в появлении моего ребенка бросает в жар, а после заставляет задрожать. Надо выкинуть эту чушь из головы. Слишком много я провожу времени с Полонским.
— Мне кажется, я дотерплю до дома, — пытаюсь отмазаться от совместного ужина.
Богдан смеется.
— Виктория, вы никогда не умели врать, — сообщает он и делается серьезным, — давай начистоту, тебе неприятна моя компания?
Если скажу да, схамлю. Да и совру опять.
— Нет.
Никак не поясняю ответ. Не говорить же, что его общество меня ой как волнует. Особенно теперь. Мне бы не помешало обдумать визит к врачу в одиночестве. С другой стороны, есть реальная возможность сойти с ума.
— Поехали поедим, — говорю бывшему, — я и правда голодная.
Небольшое совещание, и мы сходимся на русской кухне. Нам знакомы заведения в округе, клиника, как и мой банк, находится в нашем районе. «Нашем». Вот ведь! Суть в том, что сейчас мы не очень далеко от квартиры Богдана и хорошо ориентируемся в местных ресторанчиках.
Приезжаем в уютное кафе-ресторан. Здесь все обделано деревом, массивные столы, декор под старину — тряпичные куклы, какие-то веники из трав на полках. Сидеть предполагается на настоящих скамьях.
Атмосфера интересная и как-то отвлекает. Мы здесь были несколько раз. Однако о прошлом я стараюсь не думать.
— Смотри сама, что тебе можно, — велит Богдан.
Кажется, он с большой настороженностью воспринимает мое положение. Логично, опыта у него нет. Да и не хочет он его.
— Я буду вареники с рубленной картошкой и свежий салат. А пить тыквенный сок.
Мужчина смотрит, слегка скривившись.
— Тыквенный?
При всем моем напряжении его лицо вызывает смех.
