Если девка до двадцать пяти замуж не вышла, значит у неё такие тараканы в башке – мама не горюй!
Но я ничего не буду говорить Стасу!
То есть, наоборот! Я скажу, еще как скажу!
Зараза такая, подлец, гондон! Я полностью одобряю твой выбор. Ты нашёл идеальную девушку. Идеальную замену меня!
- Стас…
- Маш, я не хотел говорить при Вике, но я позвонил в клинику.
- Что? – чёрт, у меня аж сердце подскочило до горла. В какую это клинику он звонил?
- Это очень известная клиника. Врачи замечательные. Главврач – Товий Сергеевич, хирург-травматолог, его вся Москва знает.
- Неужели? – не могу сдержаться, ухмыляюсь, - и чем мне поможет хирург-травматолог? Или ты собираешься мне ногу сломать?
- Маш, я серьёзно. Я не о хирурге сейчас, о том, что клиника мировых стандартов, там отличные врачи, они стольких людей на ноги подняли…
- Стас. Станислав, я, по-моему, тебе русским языком сказала, я не хочу лечиться, я…
- Маша, я не знаю у кого ты наблюдалась, но ты ведь сама понимаешь, бывают ошибки, самые разные! Тут… тут реально поднимают на ноги…
- Что ты заладил? – уже не в состоянии себя контролировать, - На ноги, на ноги! Может, я не хочу, чтобы меня поднимали на ноги?
- Маш?
- Может, я хочу, чтобы всё быстрей закончилось?
- Машка!
- Хватит «машкать»… Хватит.
Не могу. Не хочу. никаких клиник. Дайте мне уйти спокойно!
- Маш, у нас двое детей! Подумай о них!
- А ты… ты подумал о них? Обо мне подумал, когда…
- Маша… Ну, прости ты меня… Сейчас уже ничего не исправишь. Я раскаиваюсь, если бы ты знала как!
- Как? Так, что жениться собрался, да?
- Маша, если ты скажешь – я не буду.
Говорит, и смотрит на меня так серьёзно.
Боже, ну и козёл же ты, Тихонов!
Глава 32
Козёл, да. Зачем же мне тогда этот козёл так нужен, а? Что я в него вцепилась? Почему не смогла перешагнуть и идти дальше?
Два года!
Два! Долбанных! Года!
Чёрт… Просто… чёрт, чёрт, чёрт…
Ненавижу! Ненавижу до боли!
И не могу…
Просто не могу отдать!
Два года.
Я ведь на самом деле поставила эту планку.
Дату.
Ему, себе. Нам. Нам, которых давно уже нет.
Просто поставила галочку в календаре.
Два года.
Если через два года ничего не изменится я его прощу.
Прощу и верну.
У нас даже с Кирюшкой был разговор. Она уже совсем взрослая. Шестнадцать вот исполнилось. Всё понимает и меня поддерживает.
Вареньке одиннадцать, с ней тяжело временами, но тут как раз сам Тихонов помогает. Он ей всё время звонит, пишет, какие-то там у них секретики.
