Легко простить измену и предательство я всё равно не смогла.
Иначе я была бы не я.
Но ведь два года, это достаточный срок для всех, да?
Мне самой было его жаль, я видела, как он мучается, понимала, что он осознал, на тот момент уже больше полутора лет длилась наша эпопея.
Люди за это время успевают еще в один брак сходить и развестись. А мы…
Я ценила, что Стас вот такой. Что он реально испытывает раскаяние, боль. Это не показуха.
Он осознал.
А потом…
Женюсь, женюсь, блин… какие могут быть игрушки.
Скотина!
Как же я его опять возненавидела!
Как рыдала у Ленки своей на плече!
- Маш, а может… может ты сама к нему придешь? Скажешь, что простила?
- Как ты себе это представляешь? Я и приду? Никогда!
- Да почему нет-то?
- Да потому что он женится! Лена! Же-нит-ся! На какой-то…
- Может, на приличной?
- Слушай, Соловьева, иди отсюда, а? Иди, пока еще и тебе не досталось.
Я сейчас не в ресурсе, всё.
- Ты всегда не в ресурсе. Я тебе, Михайловская, давно хотела сказать. Ты просто избалованная своим Тихоновым, ебнутая баба.
Вот так. Живи с этим.
- А я живу! Живу! Ты мне что, Америку что ль, открыла? Да, я избалованная, да я ебанутая! Да! Но мне уже тридцать семь! Уже по-другому не будет. Всё! Поздняк метаться. Так что… Или такой меня принимайте, или…
- Извини, подруга. Мне вот сейчас жаль твоего Тихонова, потому что я лично уже не вывожу! Всё! Пока-пока.
- Иди, давай… Бросай… Конечно… И ты туда же.
- Ой, Маш… Ну, хватит, а? Всё!
Ленка ушла. А я как-то сразу собралась. Успокоилась.
Умылась.
И стала думать.
Представьте, это со мной иногда случается.
И додумалась я до того, что я хочу мужа вернуть.
Вот так.
Взять и вернуть.
Собственно, я и собиралась. Через два года.
Даже представляла как это будет.
Когда я соглашусь на его предложение просто выпить по чашечке кофе.
Как буду стесняться, краснеть, как на первом свидании, откажусь от сладкого, потом робко попрошу купить мне эклер.
Именно эклер. Стану его есть аккуратно, рот открывая. Чтобы у Стаса в штанах всё вскипело.
Я так умею, да.
Я вообще за это время много чему научилась.
И многое поняла.
И то, что дура – это диагноз. Можно быть очень умной женщиной, и при этом абсолютной бабой-дурой. Увы.
Слишком я высокую поставила планку. Два года. Одного бы за глаза хватило. Даже полугода хватило бы. Мы уже не дети, чтобы временем разбрасываться, сколько там его осталось, правда?
Так вот.
Мне нужен был мой Стас. Обратно.
Конечно, уже не тот «мой» каким он был.
