— Теперь они будут радовать вас весь день."
"— Спасибо, — повторяю, чувствуя неловкость от того, что не могу придумать ничего более оригинального. — Присаживайтесь, пожалуйста.
Он обратно опускается в кресло напротив моего стола, и кожаная обивка издает мягкий вздох под его весом. Расстегивает пуговицу пиджака одним плавным движением.
— Как ваши дети? — спрашивает он, слегка наклоняя голову набок, словно действительно заинтересован в ответе. Его темные глаза внимательно изучают мое лицо. — Как у них дела в Лондоне?
Вопрос о детях заставляет меня расслабиться.
Это безопасная тема, о которой я могу говорить часами. Чувствую, как напряжение постепенно отпускает плечи, а дыхание становится более ровным.
— Да, у них все хорошо, — отвечаю, вдыхая нежный аромат лилий, который уже наполняет кабинет, смешиваясь с запахом кофе и легким древесным ароматом, исходящим от Самира. — Фарид прислал вчера отчет о своих успехах в Школе бизнеса, а Лейла снимает новую серию видео о студенческой жизни.
Её блог все так же растет.
Говоря о детях, непроизвольно улыбаюсь. Чувствую, как теплеет в груди, а голос становится мягче, нежнее. Пальцы перебирают краешек отчета, который я просматривала до его прихода.
Интересно, что бы подумали дети, увидев нас сейчас? Мурад, наверное, был бы настороженным — он всегда защищает меня, даже от самой себя. А Лейла… она бы точно заметила мое волнение и потом засыпала бы вопросами.
Самир кивает, и в его глазах появляется теплота, когда я говорю о детях.
Морщинки в уголках глаз становятся глубже, а взгляд — мягче. Он всегда внимательно слушает, когда я рассказываю о них, никогда не выказывает скуки или безразличия. Его руки спокойно лежат на подлокотниках кресла, пальцы слегка постукивают в такт моим словам.
— Они молодцы, — говорит он, и я вижу, что он искренен. В его голосе нет фальши, только неподдельное восхищение. — У вас замечательные дети, Рания. Это большая редкость в наше время — такая дружная семья.
Его слова заставляют меня почувствовать прилив гордости, смешанной с легкой грустью.
Семья… Да, мы семья, но неполная. Без отца. Сглатываю комок в горле и отвожу взгляд, фокусируясь на падающем за окном снеге. Крупные хлопья медленно кружатся в воздухе, словно исполняя какой-то сложный танец.
— А старшие как? — продолжает Самир, словно почувствовав мое изменившееся настроение и решив сменить тему. Его голос становится чуть тише, в нем появляется оттенок заботы.
