— Я в порядке, — голос звучит немного сипло и грубовато, но я знаю, что он не обидится.
— Ладно, — не взглянув на отца, Андрей направляется в мою сторону. Остановившись рядом, заглядывает в глаза и, очевидно удовлетворившись увиденным, мягко касается моего плеча и выходит за дверь."
"Я фокусируюсь взглядом на отце и, заставив себя сдвинуться с места, прохожу в центр гостиной. Если в первые секунды, как он меня заметил, в его лице промелькнуло замешательство, то сейчас папа полностью взял эмоции под контроль и выглядит совершенно невозмутимым.
— Все, что я услышала, было правдой?
Отец слегка приподнимает брови в спокойном удивлении.
— А что ты услышала, Яна?
— Пап, пожалуйста, не надо со мной как с дурочкой. Я за Андреем следом пошла, потому что за тебя беспокоилась. Думала, он ненароком может что-то сказать, от чего тебе станет плохо, и тогда я его остановлю. Поэтому слышала все.
— Ну и? — не меняя тона, осведомляется он. — Решила меня пристыдить? Не стоит, Яна. Я ни о сделанном, ни об одном сказанном слове не жалею.
Все это он заслужил за то, что предал мое доверие, и ты не имеешь к этому никакого отношения. У нас с ним свои счеты.
В моем состоянии его холодная невозмутимость равносильна издевке, и неожиданно для себя самой меня прорывает:
— Ты считаешь, что я здесь ни при чем?! Что два близких мне человека развязали войну?! Ты поджег его склад! Там могли погибнуть люди… дети могли лишиться родителей просто потому, что я, по твоему мнению, выбрала не того человека!
— Не нужно повышать голос, Яна.
Никто не пострадал, так что драматизировать не вижу смысла.
— Ты даже сейчас это делаешь, пап, — от обиды пальцы сжимаются в кулаки, царапая кожу свежим маникюром. — То, о чем говорил Андрей: не относишься ко мне как к взрослой. Я все это время боялась, что его терпению придет конец и он поставит меня перед выбором: либо ты, либо он. Переживала, что из-за гордости прекратит ваше общение, и я буду чувствовать себя виноватой.
А оказалось, что все наоборот: Андрей все это время пытался смягчить ситуацию и молчал о развязанной тобой войне! Сейчас благодаря тебе я чувствую себя вдвойне предательницей. Я думала, что нужна тебе здесь, чтобы поддержать. Чувствовала свою вину за то, что меня не было в Штатах на операции, поэтому бросила все: работу, Андрея, когда была ему необходима… А оказывается, это просто твой план — увезти меня подальше от него и подсунуть Даянову.
