— Завтра тяжелый день и ранний подъем. Не увлекайся чтением и всем остальным.
Исаев кивнул на пакеты с фирменными логотипами, как я и просила, и вышел, а я едва сдержалась, чтобы не швырнуть книгу ему в затылок.
Ненавижу!
Скотина.
Бесчувственный мудак.
Айсберг поломанный."
"Сейчас как начну стонать ему назло, благодаря достижениям эротической индустрии. Боже, я рухнула на кровать. Почему меня так задевает его холодное равнодушие? Его отстраненность? Ведь так и должно быть. Возьми себя в руки, Настя.
Это же мой шанс на стажировку. И он мой преподаватель!
Я и глазом моргнуть не успею, как настанет осень. Да что там… Он перестанет нуждаться во мне, как только ему снимут ортез. Нет никаких шансов, что моя стажировка не кончится вместе с летом. Осенью я не смогу работать в таком же темпе. Сейчас времени едва хватает на жизнь, что уж говорить об учебе.
Просто… Роман Андреевич очень красивый мужчина. С этим ничего не попишешь. Если бы я не увидела его полуголым, возможно, он оставался бы для меня прежним безликим профессоров в дорогих костюмах.
И я уж точно не вспыхивала бы всем телом при виде пальцев, в которых он держит чашку, ручку или телефон, если бы не тот случай в кабинете на кастинге. Просто ни один мужчина еще не добивался такой бури эмоций, как сделал это он, простым движением пальцев по моим трусикам. Даже не касаясь меня!
Впечатлительная глупая помощница, нужно выбросить из головы Романа Андреевича как можно быстрее. И не совершать глупостей.
Хорошо, что он стерпел мой безумный шопинг. Другой бы не стал.
Что ж… Раз уж купила, надо затестить. Производители на сайте обещали мне гамму эмоций и множественные оргазмы, вдруг какое-то виброяйцо способно свести на «нет» мои нелогичные мечты о недостижимом профессоре?
Не тут-то было.
Перебрав весь ассортимент, я пришла в ужас от схематических картинок в инструкциях. Покрутив в руках член с силиконовыми рожками, обещавшими неземное наслаждение, я поняла, что никогда не засуну собственными же руками это в себя.
В итоге я только еще сильнее возненавидела себя, когда, перебрав весь мой богатый ассортимент, поняла, что ничто меня не радует и не возбуждает также сильно, как одна только мысль о пальцах упрямого профессора. В тот день в его кабинете. Его глухие стоны и желанные дразнящие прикосновения. Уверенные поцелуи мужчины, который точно знает, чего хочет.
Рука сама собой опустилась ниже.
