Я выполнила, на экран всплыло короткое черно-белое видео с камер наружного наблюдения. По ночной дороге промчалась хорошо узнаваемая желтая машина. Мы просмотрели около десяти таких нарезок, отследив путь от клуба до самого звездного дома. Никаких сбитых людей не наблюдалось.
Все это время Роман Андреевич продолжал стоять за моей спиной, упираясь левой рукой в стол прямо рядом с моим бедром.
— Но он же уверен в обратном? — тихо спросила я, когда присоединенные к письму видео закончились.
— Потому что если он не закончит принимать перед концертами препараты, от которых у него потом галлюцинации, однажды это случится на самом деле, — также тихо отозвался Исаев.
— Вот почему я приезжаю каждый божий раз по его первому же звонку.
Он посмотрел на меня, а после подцепил мой локон пальцем и завел его за ухо, в точности повторив жест Ника Рида.
Глава 16
Роман Андреевич вышел у офиса, а меня отправил в МГУ. Я чудом нашла всех преподавателей, которые проставили мне оценки в ведомости и зачетку. Закрыв сессию окончательно, я снова прыгнула к важному Васе в «Майбах».
Лучше бы на метро поехала или даже пешком было бы быстрее, чем в полуденных пробках.
Не теряя времени даром, я заказала по дороге продукты на дом, воспользовавшись интернетом, картой Исаева и сервисом, который он же рекомендовал по средствам пухлой визитницы.
— Настя, где тебя черти носят? — зарычал на меня в телефон Исаев, когда мы почти прорвались к «Москва-Сити» сквозь пробки.
— Я почти на месте, Роман Андреевич.
— Ты должна быть в прокуратуре через полчаса.
Следователь Киреев ждет, подготовил дело, которое я просил, ты должна забрать.
Босс назвал адрес, и у меня все упало.
— Но полчаса… Я не успею, Роман Андреевич. Движение почти нулевое, сплошные пробки."
"— Тогда подними свой прекрасный зад, выйди из машины и дуй на метро. Боже, неужели я все должен объяснять? Ты вроде смышленая, а так тормозишь.
— Я поняла. Все сделаю.
Он просто бросил трубку, даже не попрощавшись. Я попросила Василия притормозить у тротуара и выскочила из машины, чтобы бегом домчаться до метро.
Носиться в юбке по жаре — сомнительное удовольствие. Толкаться в метро — еще более сомнительное. Особенно после нежнейших объятий кожаного и кондиционированного салона.
К хорошему быстро привыкаешь.
Я мысленно одернула себя, напомнив, что ничего хорошего меня у Исаева не ждет. Он резкий, грубый, заносчивый, вспыльчивый, помешанный на работе, вечно в цейтноте и невероятно горячий говнюк.
