Профессор как-то странно покосился на меня, но отвечать не стал.
И правильно. Это было явно не то, что нужно обсуждать со своим профессором. Не хватало еще, чтобы я стала давать ему советы, как ему теперь однорукому свои естественные мужские потребности удовлетворять. Как-нибудь разберется сам.
Его вызвали в кабинет. И пока накладывали шину, я решила сбегать в ресторанчик, который был рядом. Там заказала кофе и перекусить. Не знала, что ему нравится, поэтому взяла сэндвичи и капучино с собой.
Все любят сэндвичи и капучино, особенно в такой нервный день, когда все планы идут по бороде.
Например, сдать сессию досрочно, или поплавать в своих офигенных плавках, которые обтягивают офигенную задницу.
Когда я возвращалась в клинику, Исаев как раз из нее выходил. Ну, нормально. А меня дождаться?
Он оглядел контейнеры с едой и стаканы в подставке.
— Проголодались, Тихомирова? Очень вас понимаю, — проговорил он, направляясь к «Майбаху», который припарковался недалеко от моей машины.
Ну, которая была Славика.
Черт, ее же еще вернуть надо.
Возле пижонской тачки стояли водитель и девица в модных зауженных брюках. На ее лице при виде Исаева и его травмированной руки было столько ужаса, что я сама занервничала, когда вспомнила, какому монстру принесла еду.
Может, он питается только кровью младенцев? Может, вообще ЗОЖник и кофе не пьет? Да и несчастная ветчина в сэндвиче ведь тоже не итальянское прошутто.
— Ну, кхм, вообще-то это для вас, Роман Андреевич, — кашлянула я, протянув ему еду, как жертвенного ягненка богу войны и гнева.
— Вы ж, наверно, тоже проголодались. После всего-то. А так будут силы… Для этих ваших «И вообще».
Черт. Вот не умею я вовремя останавливаться.
Исаев вздёрнул брови и посмотрел на меня. Долго и внимательно так смотрел.
Стало немного неловко.
Хотя вру. Под его пристальным взглядом стало настолько неловко и почему-то жарко, как будто я вообще весь его курс прогуляла и ни на одну лекцию не приходила.
— Что такое? — хрипло спросила я. — Рука снова болит, да?
Взгляд Романа Андреевича вдруг остановился на моих губах, как будто он не понимал ни слова, из того, что я произнесла.
Он быстро облизал губы. Кивнул. Здоровой рукой запахнул халат, как будто можно было замерзнуть при той жарище, которая была сегодня. Потом протянул ее же и забрал из подстаканника кофе, ловко зацепил одним пальцем сэндвич в упаковке.
Я зачаровано наблюдала за его руками.
И пальцами.
Длинные. Мужские. Сексуальные.
Стоп, Настя, стоп.
