Ведь если с Андреем происходит сейчас то же самое, что происходило с ней, то как же трудно ему с этим справляться, ей ли не знать!
Такое вот изматывающее, мучительное состояние все длилось и длилось, и вырваться из этой мертвой точки Ольга не видела никакой возможности.
До тех пор, пока поездка на Бали не стала реальностью.
Андрей сообщил о ней мимоходом, как о чем-то давно решенном.
– Я лечу послезавтра, – сказал он.
– Куда? – спросила Ольга.
Он вздохнул, как будто проговорил: «Ну почему я должен по сто раз объяснять одно и то же? И какое тебе вообще до этого дело?»
Раньше, каких-нибудь два месяца назад, Ольга ужаснулась бы такому его вздоху.
Но теперь это стало ей привычно.
– На Бали, – поморщившись, сказал Андрей. – Я же тебе говорил.
И вдруг она почувствовала, что больше не может. Да что это такое, в самом деле? Он врет ей в глаза, не испытывая даже смущения, а она должна воспринимать это как должное, да еще искать этому оправдания?!
– Да? И что же ты мне говорил про Бали? – усмехнулась она.
– Что там будет конференция, – с тем же тяжким вздохом ответил он. – По этнопсихологии.
– Неужели?
– Что – неужели?
– Неужели секретарш приглашают на конференции по этнопсихологии? И дорогу им оплачивают, и проживание?
– Каких секретарш?
Наконец в его голосе послышалось что-то вроде удивления. Хоть какое-то чувство, направленное в ее сторону.
– Молодых, надо думать. Зачем же таскать за собой старых? Молодых, как розовые кошечки. Или как Белоснежки.
Ольга не узнавала своего голоса.
Никогда ей не была присуща едкая стервозность, которая отчетливо в нем теперь слышалась!
– Вот, значит, что… – проговорил Андрей. – Интересно, какое ты имеешь право читать мою почту?"
"Он сказал это с таким возмущением, которое вот-вот должно было перейти в ненависть. Да, может, уже и перешло.
– Это единственное, что тебя возмущает? – усмехнулась Ольга. – Нарушение твоих прав?
– Представь себе!
– Я имею на это право, – резко и зло отчеканила она. – Имею право не чувствовать себя дурой.
Тем более обманутой дурой. Андрей, мне никогда не приходило в голову читать твою почту. Или сообщения в твоем телефоне. Или выспрашивать, почему он у тебя выключен. Ничего этого, если ты помнишь, я не сделала ни разу за двадцать лет. Но сейчас… Ты настолько не считал нужным скрывать свою… свои отношения с этой девицей, что я узнала бы все и без чтения твоей почты. Ну, может, на неделю позже узнала бы, но это ничего не меняет, по сути.
