— Что я должен одобрить, милорд?
Дедушка вдруг показался в дверях гостиной, и от неожиданности у меня сердце ушло в пятки. Мы не занимались ничем предосудительным, но почему-то я разволновалась.
— Доброе утро, сэр Эдмунд, — а вот Беркли совершенно спокойно посмотрел на моего деда.
Он подошел, и они обменялись крепким рукопожатием.
— Я бы хотел попросить вас отпустить леди Эвелин навестить вместе со мной миссис Фоули, — обыденным голосом пояснил он.
Кажется, дедушке эта идея понравилась не слишком.
— Помнится, моей внучке угрожала опасность, — сухо, с ноткой враждебности отозвался он.
— Даже в пределах особняка.
— Нас будет сопровождать охрана, — не дрогнув, ответил Беркли.
Дедушка, недоверчиво хмыкнув, скрестил на груди руки. Бросил на меня быстрый взгляд и покачал головой.
— Я против.
Подняв взгляд, я до боли прикусила кончик языка, не позволив возражениям и просьбам с него сорваться.
Беркли не ожидал подобного ответа, и легкое замешательство явственно проступило на его лице.
— Это помогло бы расследованию.
— Меня не волнует ваше расследование. Лишь жизнь и здоровье моей внучки. А оно изрядно пошатнулось с тех пор, как Эвелин одним недобрым утром посетила ваш кабинет.
Скулы резче обозначались на лице Беркли, когда он сжал челюсть. На лбу проступили морщины, и его взгляд потяжелел. Он, казалось, сейчас скажет что-то более резкое, но, с усилием выдохнув, лишь покачал головой.
— Что же, — медленно произнес граф. — Если таково ваше видение ситуации, то я об этом сожалею.
Я видела, как он заставляет себя говорить тише и вежливее, хотя по напряженным мышцам на шее было понятно, что ему хочется возразить куда жестче.
— Говорить здесь больше не о чем. Доброго дня, — Беркли круто развернулся на каблуках и покинул гостиную в два широких шага.
Дедушка посторонился, пропуская его, а потом стремительно для своих лет подошел ко мне и опустился в свободное кресло.
— Этому пора положить конец, Эвелин, — сказал он тихо. — Я проявил слабость, воспользовался щедрым предложением лорда Беркли.
Позволил сперва пригласить нас во флигель, затем — сюда, в особняк. Но это время в прошлом. Сегодня-завтра я улажу последние формальности, и мы отправимся в наш новый дом. Мы должны уехать.
В голове за мгновение пронесся вихрь мыслей и чувств. Я даже не знала, что покупка дома уже состоялась.
— Ты сам сказал лорду Беркли, что мне угрожает опасность, и потому я не могу покидать особняк, — горько напомнила я.
— Это совершенно иное.
