Даже помня о долге перед ее отцом.
«Она тебя спасла»,— шепнул внутренний голос.
И я отмахнулся от него, но в нос вновь ударил сладковатый аромат диких ягод.
Когда я открыл утром глаза, то первым, что увидел, были солнечные лучи, которые путались в ее золотистых, растрепавшихся волос. Ее затылок лежал на подлокотнике кресла очень близко к моей руке, почти касался запястья.
Она спала.
Я называю ее глупой девчонкой, но и сам поступил не умнее.
С четверть часа я смотрел на ее затылок, в котором запуталось солнце.
А потом дверь в спальню сотряслась под стуком герцога Саффолка.
Если бы я, презрев что-то теплое в груди, разбудил ее раньше, она смогла бы уйти до того, как поднялся шум.
— Милорд? — Хилл вновь показался в дверях. — Сэр Эдмунд внизу, просит о встрече.
Дед Эвелин?..
Я нахмурился. Что могло ему понадобиться?
— Накрой чай в малой гостиной. Я спущусь.
Глава 12
— Лорд Беркли...
Дед Эвелин оборвал себя на полуслове, когда я вошел в гостиную, и ему представилась возможность меня рассмотреть.
Он скользнул взглядом по моему лицу, опустил его ниже и поднял, вновь вернувшись к лицу, и так несколько раз, пока не взял себя в руки и не отвернулся.
— Доброго вечера, сэр Эдмунд. Прошу, располагайтесь, — я кивнул ему и прошел к одному из двух кресел напротив камина. Между ними стоял уже сервированный к чаю стол.
— Где же вас так приложило?.. — пробормотал он и последовал моему приглашению.
Пришлось стиснуть зубы, чтобы опуститься в кресло без стона.
— У вас, должно быть, трещина на ребрах.
Вам бы доктора... — проговорил он с искренней, подкупающей заботой, проводив меня внимательным взглядом.
Не возникло даже желания сказать в ответ какую-нибудь резкость. Например, что мое здоровье — не его, в общем-то, дело.
— Если я не вовремя нынче, милорд, то... — пожевав губы, вновь заговорил он.
Смотрел он на меня почти по-отечески. Это вызывало целую бурю чувств, которых я предпочитал избегать всеми силами.
— Все в порядке, не беспокойтесь. У вас ко мне какое-то дело?
Да, было грубо с моей стороны задавать столь прямолинейный вопрос и пропускать стадию светской беседы.
Но я всегда предпочитал сразу переходить к сути. И мое самочувствие совсем не располагало к пустой болтовне.
Старик поиграл бровями, оценив мою прямоту.
— Скорее просьба...
Усилием воли я подавил зародившийся в груди вздох. Я бы подумал, что он хотел денег, но сэр Эдмунд был не похож на человека, который станет просить о таком. Значит, речь шла о чем-то более серьезном.
