– Я посмотрела. В самом деле, в полу было небольшое отверстие, забранное решеткой. – Здесь она и сидела, – заметила Женька, тревожно оглядываясь. Я опустилась на колени и даже сунула руку между прутьев решетки.
– Похоже на вентиляционную шахту, – сказала я с умным видом, потому что ничего больше в голову не приходило."
"– Может, у нее действительно что-то туда упало? – Женька, тревожно оглядываясь, опустилась на корточки рядом со мной. Включила фонарик и направила луч света вниз. Он потерялся в темной глубине, и тут слуха нашего достиг приглушенный стон.
– Опять, – пролепетала Женька побелевшими губами, а я легла на пол и приложилась ухом к решетке. Вне всякого сомнения, звук шел оттуда. Мы подождали, но он больше не повторился. – А ведь она тоже слушала, – заявила Женька.
– Кто? – не поняла я.
– Олимпиада, естественно. Что-то в этом колодце есть.
– Он очень глубокий?
– Ты же видела, свет до конца не доходит, правда, фонарик слабенький и батарейки садятся.
– А ведь в дыру вполне можно пролезть, – заявила я.
Женька поспешно ответила:
– Только не сейчас, к подобным экспедициям нужно готовиться. Веревки, нож, бутылка воды и хотя бы газовый баллончик. Ты ж не собираешься прыгать, вниз надо как-то спуститься.
Не слушая Женьку, я подергала решетку. Держалась она на четырех болтах, отвинтить их не проблема, будь у нас плоскогубцы, но, кроме фонарика, который горел подозрительно тускло, у нас ничего не было. Подружка права, к экспедиции надо готовиться.
В крайней досаде я поднялась с колен, решив обследовать коридор, через несколько шагов он плавно поворачивал и заканчивался дверью.
Я толкнула ее, и она открылась. Вниз вели каменные ступеньки, фонарь высветил большое помещение, вдоль стен – полки, сплошь заставленные банками, бутылками и прочей тарой, в которой хранилась всевозможная снедь. С такими запасами вполне можно пересидеть длительную осаду.
Слева у стены стояли две огромные винные бочки. Женька, проявив неожиданную отвагу, подошла поближе и открыла кран на одной из них.
Тонкой струйкой полилось вино. Рядом стоял кувшин с остатками вина, вторая бочка оказалась пустой. Я села на стул возле бочки и задумалась.
– Где мы находились, когда чуть не столкнулись с охраной?
– А что? – спросила Женька, разглядывая банку с вареньем с наклеенной сбоку бумажкой. На ней от руки было написано: «Абрикосы» – почерк неровный, крупный, точно писал ребенок.
– Пытаюсь сообразить, откуда они шли.
