Резко оборачиваюсь и выдыхаю:
— Он… это… он… приехал…
Сердце бьется в груди рвано. С перебоями. А я же не знаю, что делать. Бежать навстречу или закрыться в комнате и спрятаться.
Смотрю на маму и в этот самый момент слышу звонок в дверь. Секунды промедления, и я срываюсь с места и бегу к двери, чтобы отворить, чтобы увидеть его…
Но мама хватает меня за локоть, заглядывает в глаза.
— Погоди, Полина, постой… — проговаривает тихо, — пусть отец откроет, так правильно.
Моргаю. Секунда, другая и слышу поступь отца, тяжелую, он открывает дверь и… мама отпускает меня, а я вылетаю из своей комнаты и замираю.
Поднимаю голову и вижу в дверном проеме Аслана…
Сталкиваюсь с ним взглядом, его глаза темнеют, обрамленные бархатными ресницами, концентрируются на мне.
А у меня по всему телу волна дрожи проносится и какое-то помутнение. Я смотрю в его невероятные чайные глаза и не могу шевельнуться.
Взгляда отвести не могу. Насытиться им не могу! Потому что скучала, тосковала, не жила без него…
Шах стал всем.
Покорил, присвоил, отравил собой и сейчас сердце бьется в груди с перебоями…
А мы смотрим друг на друга, пока отец, наконец, не нарушает повисшее молчание.
— Чем обязаны? — спрашивает спокойно, но я слышу напряжение в голосе отца, который отслеживает взгляд Шаха, тоже смотрит на меня, а я сжимаю ладошки на груди.
Шахов переводит взгляд с меня на отца и ухмыляется чувственными губами. Именно он здесь и сейчас хозяин положения.
Такова его натура. Суть. Человек, привыкший к власти.
Но он пришел… В наш дом, к простым людям…
— Я — Аслан Шахов, Владимир Ильич, хочу обратиться к вам по очень важному вопросу.
Пауза. Гнетущая. Тяжелая. И взгляд глаза в глаза.
— Относительно вашей дочки, впустите гостя?
Аслан не делает попытки войти и терпеливо ждет, спрашивает позволения, а мне виден кортеж автомобилей за его спиной.
Охранники Шаха как целое войско. Если захочет, все здесь с землей сровняет…
Отец также понимает, что пожаловал к нам человек совсем непростой, но папа сильнее хватается за ручку и бросает вопросительный взгляд на меня.
— Ты знаешь его?
Стоит мне отрицательно махнуть головой, как дверь перед Шахом закроется, но я лишь улыбаюсь самым краешком губ и отвечаю кивком.
Отец шире открывает дверь и отходит в сторону. А Аслан входит в наш дом вальяжной походкой, плавной, подобно хищнику.
