Но судя по его реакции, Микаэлу нравилось. Ей тоже нравилось, хоть внутри все и клокотало… Нравился его вкус и запах… Отрицать своего дикого влечения кнему не могла, но вот в ушах до сих пор стояли слова этой Алёны… Та не открыла ей Америку, она просто подтвердила все то, что Оксана и сама понимала… Да, начинала, как последняя идиотка, впадать в эйфорию и забытие в последние дни, но вовремя спохватилась благодаря трезвым словам этой бывалой эскортницы…
Не выпуская Микаэла изо рта, подняла на него глаза и встретилась с его взглядом.
Синий огонь, который она видела и ранее, теперь бушевал с такой силой, что глаза мужчины светились каким-то неестественным, ярко-голубым пламенем.
–Нравится, Оксана? Нравится стоять на коленях передо мной?-гладит ее волосы, грубо и в то же время страстно…
–Плевать перед кем…– ответила, выпустив его из захвата своих губ.
Потом она поймет, что зря это сказала… У Микаэла всегда была красная черта, которая отделяла его нормального от сумасшедшего зверя… Его зрачки расширились, ноздри распахнулись, словно парус.
Он опять схватил ее за волосы. Хрипло прорычал."
"–Расслабь горло. Прими меня глубже, на всю длину, сучка. А то это не минет, а какая-то затянувшаяся игра неопытных малолеток…
Начал ритмично двигаться, с каждым разом все жестче и жестче. Ей стало больно. Все выходило из-под контроля… Оксана попыталась было отстраниться, но он не дал. В него словно дьявол вселился. Все инстинкты оголились, словно провода… На ее глазах проступили слезы, но теперь его мало это интересовало.
–Только я буду тебя трахать, бабочка! Только я… Везде только я… Всегда только я… Ни один мужик не прикоснется к тебе больше…
–он хрипло выплевывал с рыком эти абсурдные вещи, которые Оксана улавливала только краем сознания. Она была в агонии, Микаэл был слишком жесток с ней сейчас, к такому девушка была не готова. Дышать было почти нечем, слюна стекала с подбородка…
–Только я… ты моя… только моя… Дааа, Оксана, даааа….
. Как хорошо, бл*дь…-последние резкие движения, она закашливается, опять пытается отстраниться, но он не дает… Заставляет ее принять всю его сперму внутрь.
Наконец, отпускает, она падает на пол, кашляет, закрывает истерзанный рот руками…
Микаэл отходит к окну, с силой ударяя рукой с запекшейся кровью по стене рядом. Тяжело дышит… Кладет обе руки на гладкую поверхность. Грудь ритмично колышется.
