Возьму его за жабры и все выясню… А не возьму, так он обратно в Черногайск вернется, чтобы исполнить заказ.
– И давно он в тебя стрелял?
– Да нет, не очень. Может, видел, нога у меня прострелена.
– Видел, – проникся Давыдкин. – Его работа?
– Его… А другую ногу сломал, когда падал… Я же в Сочи должен был ехать, лечиться, а завернул сюда… Значит, у вас он. Вот повезло так повезло!
– Погоди радоваться, – покачал головой участковый. – Не мог Солоухин в тебя стрелять. Слепой он…
– Давно?
– Да года три уже.… На охоту ходил, с кем-то там что-то не поделил.
По голове сильно ударили. Очнулся, ничего не видит и ничего не помнит…
– Он что, местный?
– Ну, конечно.
– Значит, не тот это Солоухин, – изобразил я душевное расстройство. – Мой Солоухин плоть от плоти черногайский. И охотой промышляет исключительно в каменных джунглях… Киллер, в общем.
– Может, родственник нашего Солоухина? – задумался Давыдкин.
– А что, очень даже может быть.
– У него брат старший после армии в городе остался. Там, где служил, там и остался…
– Обычное дело.
Я тоже после армии домой не вернулся. Деревня у нас в глуши, работы нет, а у меня друг в милицию устроился, в патрульно-постовую службу. Я годик-другой там послужил, потом школа милиции…
– Знаю, знаю, знакомое дело, – движением руки осадил меня Давыдкин. – У меня то же самое, армия, школа, только я потом в родные края вернулся…
– А я в Черногайске увяз, в уголовном розыске… Неспокойно там у нас тогда было, если б домой уехал, дезертиром бы сочли… Да и сейчас неспокойно: бандиты снова голову поднимают…
– М-да… Знаешь что, суббота у нас – банный день, Таисия сейчас баньку растопит.
Пивко у нас домашнее, квасок. Венички замочим, попаримся. А под пивко за Солоухина твоего поговорим…
Я разомлел от одного только предвкушения банной отрады. Замечтался, представив, как горячий пар вытравит из пор застоявшуюся грязь, как дубовый веник выпарит из костей остаточную немощь. Чистый и разморенный, я опрокину в себя ковшик холодного кваска и возьмусь за крепкое домашнее пивко.
В чистом исподнем доберусь до своей постели и лягу спать, чтобы проснуться утром свежим, бодрым и полным сил. И так хорошо стало на душе, что я даже упустил из виду таежную красавицу Таисию Давыдкину. Даже мысленно не позарился на нее. Пусть живет со своим Василием, счастья им и удачи в этой нелегкой жизни.
– Пистолет у тебя интересный, – в глубину банных грез донесся до меня голос участкового.
Я не сразу сообразил, о чем разговор, и попросил повторить.
