Холодную гречневую кашу можно было есть прямо из банки, но тогда не почувствуешь вкуса, да и червячка заморишь едва ли. Но совсем другое дело, если высыпать ее в солдатский котелок, залить кипятком и размешать на огне… Котелок у меня был обыкновенный, туристский. И кипяток можно было сообразить. А огонь я бы развел, как мне казалось, с огромным удовольствием, если бы закончился дождь. Но ливень продолжал рвать мои нервы, и, вскрыв банку, я всухомятку выгрыз ее содержимое. Потянулся было за добавкой, но сам же себя и одернул.
Магазина здесь поблизости нет, и пополнить припасы негде. Тайга, конечно, богата дичью, но за деньги она ничего не отдаст. Охотником я был в общем-то неплохим, но у меня не было ружья. А «ТТ» для полноценной охоты не годился…
Впрочем, сейчас я бы не смог настрелять уток даже из скорострельной «Шилки». Река рядом, вниз по склону за невысокой стеной ивняка, который из-за дождя сменил цвет со светло-зеленого на темно-серый. Но как охотиться в такую погоду? Не говоря уже о том, как добыть и подать к столу подстреленную дичь… Дождь лил, как из душа Шарко, и отнюдь не целебно продолжал массировать мое терпение.
Нервировала меня и мысль о том, что рядом находилась река. Как бы грязевой поток на дороге не превратился в мощную селевую лавину и не смыл меня вместе с машиной, которая, увы, для форсирования водных преград совершенно непригодна.
Дождь не слабел, а небо становилось все темнее, и мне хотелось надеяться, что виной тому, помимо всего, был и наступающий вечер.
За окнами уже стемнело, когда мои опасения начали сбываться. Дорога превратилась в настоящую грязевую реку, и желтоватая от глины вода стала просачиваться в машину через дверные порожки. Если так пойдет дальше, то вскоре заглохнет мотор, затем вода поднимет неподвижный кузов – сначала развернет его посреди дороги, а затем стащит в реку. И никакой ивняк не спасет меня от катастрофы. Быть мне тогда капитаном подводной лодки…
Вода продолжала поступать в салон, медленно, но упрямо поднималась над уровнем пола.
Я разложил сиденья, забрался на них с ногами. Готовясь к срочной эвакуации, упаковал в рюкзак все разбросанные по салону вещи.
Тьма вокруг машины сгустилась до угольной черноты, а потом вдруг распалась под вспышкой молнии, когтистой лапой прочертившей небо сверху донизу.
Скоро я заметил: чем сильней грохочет гроза, тем слабей льет дождь. А потом все и вовсе стихло.
