Я сглатываю так громко, что Эл слышит и снова улыбается, явно довольный произведенным эффектом.
— Слушай, ну ты же знала, что выбросила в окно моей машины. Думаешь, та выходка меня бы остановила?
Я много чего думаю, но просто теряю дар речи.
Флешбек: ГабриэльЯ нарочно не хочу открывать глаза, ведь то, что я увижу, точно вышибет из меня весь дух и терпение. А я еще не закончил эту чертову исповедь, и нам так о многом нужно поговорить, что по моим примерным подсчетам, на это уйдет вся жизнь. Так что сейчас будет просто короткий блиц, и я должен буду убраться куда подальше, иначе забуду о том, что моя упрямица еще не до конца зажила, и точно сделаю ей больно еще раз.
У меня дурацкая фантазия, но именно такой я вижу Киру: на берегу океана, в соленых брызгах, в белых цветах. Она врезалась мне в башку в тот наш поцелуй на пляже.
Именно тогда я увидел ее вот такой: невинной, будто слеза. Увидел и понял, что она меня в итоге приручит, даже если буду сопротивляться. И я сопротивлялся, яростнее, чем хотел.
— С твоего телефона сливают информацию, Кира, — говорю я, нарочно резко меняя тему разговора. — То, что моя мать хотела просто сделать мне назло — это херня, но она не ударила по моим деньгам. Зато айтишники попутно вычислили исходящий трафик твоего телефона. Письма, которые отправляли и удаляли. Фотографии документов.
Производственный шпионаж. Знаешь, что это такое?
Кира жует губы, нерешительно кивает, так что я трачу еще немного времени, чтобы объяснить ей, что это значит.
— Кто-то передает третьим лицам важные финансовые документы, информацию о предстоящих сделках, даже стратегию развития.
— Эл, я этого никогда бы не сделала! — Она говорит так громко, что я глохну и ковыряю ухо, чтобы вытравить противный звон. — Я бы никогда не стала такое делать.
— Даже если бы я и дальше продолжал тебя мучить?
— Тем более, если бы продолжил, — совершенно серьезно отвечает она. — Сбежала бы от тебя на край света, но я не умею… вот так."
"Волосы снова выползают у нее из-за уха, и на этот раз я медленно накручиваю их на палец.
Тяну к себе, и Кира послушно наклоняется. Если поцелую ее сейчас — все разговоры пойдут глубоко в жопу, а мы пойдем сперва на пол, потом в постель, а потом, видимо, в анабиоз, потому что сил не останется даже, чтобы дышать.
— Кто-то в твоем окружении сунул тебя ко мне. Нарочно. Кто-то, кто знает о наших непростых отношениях и знает, что, если шпионаж раскроется, я подумаю на тебя и это будет самое логичное решение.
