Отделение милиции — это только так называется, а на самом деле это всего лишь обычная хата, разделенная дощатой стеной на две половинки. Стол, три стула, сейф и угол, отделенный решеткой, вроде как камера для арестованных. Даже телефона там нет. Но телефон есть в сельсовете в десяти километрах отсюда. И Коломийцу надо бы понять, что он подводит под гибель всех своих людей. Уже потеряно несколько человек. Несоизмеримы потери с ситуацией. С ума он сошел, что ли? Но для того, чтобы остановить лютовавшего Коломийца, к нему надо было подойти.
А это почти полсотни метров по открытой, не защищенной от пуль местности. И Кравчук снова, скрипнув зубами, посмотрел на часы.
— Лучше отдайте их по-хорошему, и я обе-щаю, вас не тронут. Но если что случится с нашими братьями, вы пожалеете, что на свет родились. Я из вас жилы неделю тянуть буду и на руку наматывать."
"В доме дослушивать не стали. Щелкнул револьверный выстрел, и щепка от ствола дерева отлетела прямо возле головы Коломийца. Хороший выстрел, если учесть, что от дома до поваленного дерева метров сорок.
Бандеровцы были в сильном замешательстве. С одной стороны, они рвались добраться до милиционеров, а если не получится, то сжечь бы их вместе с домом. Но там были Ляшенко и Савчук. А трое засевших в отделении милиции умелые стрелки, и подойти к дому невозможно. Коломиец ломал голову, что же ему предпринять. А его бойцы, услышав, что переговоры прекратились, снова стали подбираться к дому, и снова началась стрельба. Но теперь почти всем стало понятно, что ответная стрельба из дома стала не такой активной.
У защитников кончались патроны. Эта мысль ветром пронеслась в головах бандеровцев, и они, как свора голодных псов, кинулись вперед. Снова очереди. Пулемет бил длинными очередями, не давая врагу подняться. Автоматы короткими расчетливыми очередями пытались выбить наиболее рьяных.
И вдруг входная дверь дома распахнулась от сильного удара ногой, и на пороге появился милиционер с погонами старшины. Ремня на нем не было, русые волосы растрепались, по щеке стекала струйка крови, рукав выше локтя перетянут окровавленной тряпкой.
Высокий сильный мужчина, он держал в руках ручной пулемет, а его бешеный взгляд метался по окрестным кустам, сараям и деревьям.
— Люди! — Зычный голос милиционера пронесся над соседними хатами. — Беритесь за оружие, бейте бандеровцев, гоните из своих сел эту нечисть!..
Голос перекрывала пулеметная очередь. Раненый милиционер стрелял от пояса, поливая свинцом все вокруг.
